Сокровище

Я оказываюсь совершенно не готова к тому, что предстает моему взору.

Не стоит с тобой брататься

Когда мы входим, я не могу не заметить, что эти покои выглядят совсем не так, как я ожидала. Впрочем, возможно, это потому, что и сама Лореляй совсем не такая, как я ожидала.

Начать хотя бы с того, что все стены здесь обклеены постерами. Бойз-бэнд BTS, Шон Мендес и Куинси Фаус соперничают за внимание со смешными фразами и плакатами с красивыми видами. В гостиной напротив огромного камина стоит огромный удобный диван, на котором поместились бы десять человек. Справа я различаю внушительную кровать с балдахином и пушистыми бирюзовыми подушками. Слева находится кухня с гранитным островом, над которым висят грозди крошечных светодиодных лампочек. В противоположной стене видна закрытая дверь. Интересно, есть ли за этой дверью коридор, ведущий к другим спальням? Общее впечатление таково, будто эти апартаменты предназначены для приема гостей – хотя не могу себе представить, чтобы каким-то гостям могло тут понравиться.

Сама Лореляй сидит по-турецки посередине своего дивана в футболке с изображением BTS и пижамных штанах в черно-белую полоску; ее черные волосы собраны на макушке в пучок. На вид ей лет семнадцать, она выглядит вполне благополучной и совсем не похожа на девушку, которую много лет мучит ее злая сестра.

Однако, подойдя ближе, я вижу темные круги под глазами, замечаю, что ее руки чересчур худы и что она старается сидеть неподвижно, чтобы не причинить себе боль.

И меня охватывает острая жалость к ней – и гнев на Королеву Теней. Как она могла позволить одной дочери мучить другую? Да, в конечном итоге она разлучила их, чтобы Лореляй не пострадала от своей сестры еще больше, но очевидно, что она сделала это слишком поздно. Даже проведя столько времени при Дворе Ведьм и Ведьмаков, Лореляй выглядит так, будто сильный порыв ветра мог бы опрокинуть ее.

Внезапно до меня доходит, где я слышала это имя – Лореляй. Как же я сразу не поняла? Ведь она очень похожа на него.

Лореляй – дочь Королевы Теней. Но она также дочь мэра Адари Суила.

Я вспоминаю все то, что сделал Суил, чтобы спасти свою дочь от мук, – вспоминаю, что он поставил под удар, скольких людей убил. Я знаю – мы с Хадсоном поступили правильно, когда остановили его. Право одной девушки не страдать от боли не важнее, чем жизни многих людей как в нашем мире, так и в Мире Теней. Но легко предпочесть благополучие многих благополучию одного – когда среди этих многих находятся твои друзья. Однако когда ты сталкиваешься лицом к лицу со страданиями этого одного, сохранять безразличие становится намного труднее. Более того, трудно не чувствовать, что отчасти вина за его страдания лежит и на тебе.