Совдетство. Школьные окна

Я очень хотел пойти с отцом, просил, канючил, но Лида, хмурясь, объяснила: на совещании в райкоме довели, что предполагается такой взрыв народного энтузиазма и наплыв трудящихся, что предприятиям резко снизили квоты и уменьшили скандирующие группы, а детей и подростков брать с собой строго не рекомендовали, иначе будет как на похоронах Сталина.

– А что было на похоронах Сталина? – вскинулся я.

Про давку на Ходынском поле рассказывала мне наша бывшая соседка Алексевна, видевшая царя с дочками и сохранившая чашку, изготовленную к 300-летию Дома Романовых. Блюдце она, правда, раскокала, когда гонялась по комнате за своим котом Цыганом, прыгавшим по занавескам, словно мартышка. Питался он в основном голубями, карауля их на карнизе.

– И манерку с собой не бери! – строго предупредила маман. – Будут проверять. Из партии вылетишь!

– Обыскивать, что ли, додумались? – насупился батя. – Не тридцать седьмой!

– Миш, ну прошу тебя, не надо!

В общем, на прошлогоднюю ноябрьскую демонстрацию я не попал, зато Тимофеич принес мне красный шелковый бант, он прикалывался к одежде большим круглым значком с надписью «50 лет Великого Октября». У моего младшего братца Сашки есть юбилейный металлический рубль, подаренный ему на день рождения тетей Валей. Большая монета даже не влезает в прорезь свиньи-копилки, поэтому маленький жмот, вернувшись из детского сада, перепрятывает свое сокровище, но я-то всегда знаю, куда он на сей раз засунул денежку. Это мой неприкосновенный запас на крайний случай. Знал бы я тогда, выходя в холод и мрак из Дома пионеров, до чего доведет меня памятная монета с воздевшим руку Ильичом…

…Когда я три часа назад входил в Дом пионеров, над дверями был растянут совсем другой транспарант, провисевший две недели:

У нас, в СССР, все устроено мудро, и время можно проверять не только по часам и календарям, но и по наглядной агитации. Очень удобно! К примеру, мои неграмотные бабушки до сих пор ориентируются по старорежимным праздникам, а там сам черт ногу сломит. Путаница невероятная, понадобилась революция, чтобы порядок навести.

– Мам, – спрашивает Лида, – когда Санятка из санатория возвращается?

– Сначала на Николу обещался, а теперь вот на Троицу посулился…

– Мама, не морочь мне голову! Так и скажи: хотел 22 мая, а выпишут 29-го. Ну, что ты как в прошлом веке живешь!

– Где родилась, дочка, там и живу.

Но это еще легкий случай. Бывает и потрудней. Допустим, я деликатно напоминаю бабушки Ане, что она обещала мне к Новому году подбросить рубчик на марки.

– Ить помню! На Николу угодника нас с Клавкой в конторе рассчитают, и я тебе пособлю, внучок!

Они с тетей Клавой – надомницы, клеят и вяжут на квартире бумажные цветы для похоронных венков. Я иногда им помогаю: листья к проволочным стеблям прикручиваю.