Спа-салон Шахерезады

Да еще Простаков ее придерживал, вроде бы и не грубо, но в то же время Фима понимала: вырваться из его объятий не удастся.

Потом они сели в чью-то машину, но легче от этого не стало. Покрывало с Фимы не сняли, и она чувствовала себя словно похищенная кавказская невеста. Схватили, в бурку завернули и куда-то везут. Она попыталась освободиться от балахона, в который ее замотали, но Простаков велел не дергаться. Он сидел рядом с ней. Игорь и Анна Сергеевна жалобными голосами уговаривали Фиму не дергаться и в тысячный раз клялись, что они не причинят ей зла и отпустят, как только вся та история прояснится и их доброе имя будет оправдано.

Сработали не столько эти уговоры, сколько Фима сообразила: они отъехали довольно далеко, на помощь никто не пришел, значит, дальше кричать будет делом проигрышным. Куда лучше притвориться, что смирилась со своей участью, и посмотреть, что за укрытие раздобыл для них Простаков. И Фима затихла и стала смиренно ждать, когда с ее головы снимут накидку и позволят оглядеться.

Это произошло не скоро. И при первом же беглом взгляде место ей не понравилось. Впрочем, не ей одной.

Ее товарищи по несчастью тоже были не в восторге.

Какое-то бывшее промышленное помещение, то ли склад, то ли мастерские, в которых много лет уже никто, кроме любителей пощекотать себе нервы, не появлялись. Проваленная крыша, расписанные нецензурными выражениями стены, общая атмосфера заброшенности и уныния.

– Гнусное место! Я тут не останусь!

– Внутри будет получше.

Но и внутри было не шибко приятнее. Нет, тут не капало сверху и стены худо-бедно прикрывали от ветра, но в помещении было холодно, электричества не было, а через разбитые окна проникал не столько свет, сколько холод.

– И мы должны тут находиться? Как долго?

– Как повезет. День, два, максимум неделю.

– Неделя! – воскликнула Анна Сергеевна. – Нет, это немыслимо! Мы не можем тут находиться. Мы замерзнем!

– Не так уж и холодно.

– Это пока мы разогрелись после движения. Но представь, что с нами будет, если мы останемся тут на несколько дней.

– И что мы будем есть? – добавил Игорь. – И где спать?

Простаков покачал головой.

– Там дальше есть подвал. В нем потеплее будет.

Подвал тоже не впечатлял.

Тут явно кто-то обитал в разное время, стояло нечто отдаленно похожее на постель с таким грязным и комковатым одеялом, что единственное его предназначение было отправиться в печь.

Простаков указывал на несколько ящиков, поставленных один на другой. Часть ящиков представляли из себя столешницу, а другая предназначалась для сидения.

– Ты это всерьез? Предлагаешь нам тут остаться? Тут же отвратительно!

Простаков обиделся на них.

– Капризные вы! – заявил он. – В тюремной камере хуже было бы.