Срок для Бешеного

— Мамочка, зачем ты покрасила свои волосы? Тебе так шли светлые! Ты такая красивая, мамочка! — шептали его израненные губы. Он то открывал глаза, то закрывал их… Неожиданно передним возникла та самая молодая афганка, которая была убита им в легковой машине. Ее глаза смотрели злобно, а губы мстительно улыбались. Из груди женщины, растекаясь по светлому платью, сочилась алая кровь… Зло усмехаясь, она все ниже склонялась к нему. Прикоснувшись длинными волосами к лицу, она… вдруг плюнула ему прямо в лицо.

Савелий дернулся и вновь куда-то провалился. А когда широко раскрыл глаза, то увидел не афганку, а незнакомое миловидное женское лицо.

На какое-то мгновение взгляд его прояснился, он подался вперед, желая спросить, но губы успели только прошептать: «Кто…» И он снова откинулся назад, и последнее, что он услышал, прежде чем потерять сознание:

— Все будет хорошо! — сказал чужой низкий грудной голос.

К его израненному, покрытому испариной лицу прикоснулась несколько огрубевшая, но изящная, с длинными пальцами рука, которая промокала раны бинтом.

Возраст этой женщины определить было трудно: если судить по нежной коже на шее, по стройной фигуре, которая угадывалась под кожаным костюмом — куртке и таким же брюкам, — то вполне можно предположить, что она молодая, но уверенная, несколько грубоватая походка, сапоги, хотя и небольшого размера, широкий охотничий нож в ножнах за поясом, винтовка, лежащая рядом, — все это сбивало с толку…

Рядом с ней находились еще два живых существа: гнедая кобыла под седлом с притороченными к нему сумками и огромная пушистая черная собака, напоминающая небольшого медведя.

Они внимательно вслушивались в голос хозяйки: кобыла, смешно вращая ушами, собака, поворачивая голову из стороны в сторону.

— Серьезно парень вляпался?! А, Мишутка? — обратилась она к псу. — И зачем в таком состоянии полез на дерево?.. Никак, заплутал. С дороги сбился… Несколько дней по тайге блуждает: вон как исхудал! Кожа да кости… — Женщина стала осторожно осматривать израненное лицо Савелия. — Один порез-то глубо-о-о-кий! — протянула она и покачала головой. — Швов бы парочку наложить, но… это мы не проходили… — нахмурилась, раздумывая.

 — Ладно, как-нибудь выкрутимся: пластырем стянем!.. А, Мишутка!.. Так, а что здесь у тебя? — Она осторожно прощупала грудную клетку и вновь покачала головой. — Три ребра… А ноги?.. Левая вроде в порядке… — Задрав правую штанину, она увидела сильную опухоль На голени, потрогала, и незнакомец застонал. — Худо… Неужели перелом? — Не обращая внимания на стоны, она закатала штанину повыше. — Точно, перелом!..

Огорченно вздохнув, женщина подошла к лошади, отвязала сумку и быстро вернулась к раненому.