Возвышение Меркурия. Книга 16 (СИ)

Ну а что? Вдруг одного покажется мало. А чтобы тебя точно не свергли, передать тебе всю свою силу? Или предпочтёшь, чтобы я принёс клятву вечной службы?

Я усмехнулся, окутанный облаком сарказма, а позади неожиданно зазвучал голос Оболенского.

— А что, такой боец нам пригодится. И спалить может, что угодно, и летать на нём удобно. Конечно, не мой жеребец, но тоже сойдёт.

В глазах выпрямившегося Тьерана полыхнула ярость.

— Ты смеешь сравнивать МЕНЯ с конём? Пусть в тебе течёт кровь одного из Хранителей Равновесия, но вот что творится с твоим разумом, мне не понять. С чего ты взял, что можешь вот так говорить со мной и после этого остаться в живых?

Вмешаться я не успел — Ратибор принялся отвечать сразу же, не дав ни малейшей возможности вклиниться в их увлекательную беседу.

— А ты почему решил, что тебе можно кружить вокруг да около, не давая точного ответа. Тебя же спросили, что предложить можешь? Ну а ты, как ресторанная девка, которая задом вправо, задом влево и самого дорогого вина просит, да не бокал, а бутылку. Вот что тебе нормально ответить мешает?

Голова дракона подалась вперёд, а пасть чуть приоткрылась — возможно он пытался подобрать слова, чтобы ответить на подобную дерзость, но куда более вероятнее смотрелся вариант с испепеляющим потоком пламени, которое поджарит каждого на этой площадке до хрустящей корочки. Кроме разве что меня и Найхвы. Ну и Дарья ещё уцелеет — с учётом характера её силы, драконий огонь для девы не так страшен.

Я шагнул вперёд, мысленно отдавая Мьёльниру приказ готовить щит. А рядом внезапно оказалась Дарья, чьи глаза полыхнули ослепительным золотом.

— Успокойся! Это Оболенский, у него всю жизнь проблемы с головой. Как в Бессарабии её об скалу ушиб, так страха больше и не ведает.

Внимание дракона переключилось на деву и та продолжила.

— Если что, в чём-то он прав. Ты сам на переговоры позвал и посидеть нам нормально не дал. А теперь ведёшь себя так, как будто тебе навязались."

"Сандал показал мне Ратибора, который уже начала открывать рот, чтобы что-то сказать. Но тут Рюриковна повелительно махнула рукой и бравый кавалергард тут же застыл на месте. Со стороны Тьерана же донёсся ехидный смех.

— А говоришь никого не боится. Один взмах руки и всё — застыл, как послушный болванчик.

Взгляд царевны стал ещё более ослепительным, а позади всё-таки послышался чуть смущённый голос князя.

— Так это ж Дашенька. Как её не бояться?

В глазах Тьерана, из которых почти ушла ярость, блеснул живой интерес. Могу поспорить, он был не прочь узнать, почему старый солдат так обращается к его племяннице и что их связывает. Но уводить беседу в подобное русло было не слишком продуктивно, да и небезопасно. Потому я поспешил заговорить, привлекая к себе внимание.