Судьба шута

Мои руки остановились, и я вдруг осознал, что стою один против судьбы, отрицая неизбежность потока времени. Я понял, что должен сделать. Мне следует короновать Шута и полить погребальный костер оставшимся маслом. Одной искры, ну, может быть, двух будет достаточно, чтобы вспыхнул сухой хворост. И он сгорит дотла, его пепел унесет летний ветер в земли, что находятся за Горным Королевством. А я через колонну Скилла вернусь на Аслевджал. Потом возьму Олуха, мы спустимся на узкий пляж и дождемся корабля, который пришлют за нами. Так будет правильно, такова неизбежная, естественная дорога, по которой желает следовать весь мир. Жизнь пойдет своим чередом без Шута, потому что он умер. Я видел это с такой пронзительной ясностью, словно всегда знал, что все произойдет именно так.

Он умер. И ничего изменить нельзя.

Но ведь я Изменяющий.

И тогда я встал на ноги, поднял высоко над головой гудящую корону и потряс ею, угрожая небу.

– НЕТ! – взревел я. Я все еще не понимал, к кому обращаюсь. – Нет! Пусть все будет иначе! Не так! Заберите у меня все, что пожелаете! Но пусть конец будет другим! Пусть он возьмет мою жизнь, а мне отдайте его смерть. Пусть я стану им, а он – мной. Я беру его смерть! Вы слышите меня? Я беру его смерть себе!

Я поднял корону к солнцу. Сквозь хлынувшие слезы она засияла всеми цветами радуги, и мне показалось, что перья колышутся под легким летним ветром. А затем почти физическим усилием я вырвал ее из потока предназначения. И опустил на свою голову. И когда весь мир начал вращаться вокруг меня, я опустил свое тело на погребальный костер, обнял двумя руками своего друга и отдался на волю того, что ждало меня за порогом.

Перья на шутовском колпаке

Я оступился в темноте. И едва не упал.

– Кровь есть память. – Клянусь, я услышал, как кто-то прошептал мне эти слова прямо на ухо.

– Кровь есть наша сущность, – согласилась молодая женщина. – Кровь вспоминает, кто мы есть. Благодаря крови нас будут помнить. Надежно закрепи это в самой сути дерева.

Раздался смех – смеялась старуха, лишившаяся почти всех зубов.

– Повтори это быстро шесть раз! – захихикала она. И принялась твердить: – Надежно закрепи это в самой сути дерева. Надежно закрепи это в самой сути дерева. Надежно закрепи это в самой сути дерева. Надежно закрепи это в самой сути дерева. Надежно закрепи это в самой сути дерева. Надежно закрепи это в самой сути дерева.

Остальные рассмеялись, восхищенные гибкостью ее языка.

– Ну а теперь попробуйте вы! – предложила она нам.

– Надежно закрепи это в самой сути дерева, – послушно сказал я.

Внутри меня находилось пятеро других людей, которые смотрели моими глазами, проводили моим языком по моим зубам, скребли мой небритый подбородок отросшими ногтями.