Сын Дьявола

Мне плевать, что они задумали, но изнасилованной я не буду. Лучше сдохнуть. Найти что-то острое и вколоть себе в сердце.

Антон ревет медведем, держится за рот, из которого капает кровь. И я истерично улыбаюсь кровавыми губами, снова бездумного кричу «помогите!» Но мне тут же засовывают собственные трусы в рот и со всей дури бьют по лицу.

— Ебаная дрянь! Ты будешь купаться в собственной крови, когда я с тобой закончу! — орет и забавно шепелявит Антон.

Боль в виске невыносима, слезы стремительным потоком срываются с накрашенных ресниц. И я чувствую вкус туши.

Извиваюсь, что есть сил, пока шесть рук сдирают с меня остатки одежды, лапают за грудь. Мнут тело, как тесто.

— Давно хотел посмотреть на сиськи богачки. Посмотри, какие розовые сосцы, — говорит лысый и смачно прикусывает. Боже, убей их!

— Да ты лучше на задницу взгляни. Такой я отродясь не видел, — говорит толстый и трясёт ягодицы и со шлепком бьет.

Сжимать бедра бесполезно, тело как в мясорубке, ноги раздвигают, чтобы потрогать розовую плоть

Но Антону эти «ласки» не нужны.

— На стол ее, хватит нежностей.

Нежностей?! Тебе бы, ублюдок, таких нежностей.

Меня как блюдо первобытного племени несут и с треском бросают голой грудью об столешницу, предварительно смахнув с нее часть вещей.

— Дай, я первый, — пристраивается один.

— Отвалили, идиоты, я первый вставлю этой сучке, — хватает Антон меня за ягодицы, и мнет так, словно хочет оторвать кусок мяса. — Хочу понять, что такого в этой пизде нашел наш Бес. А? Принцесса, нравилось тебе ебаться с отбросом? А мы знаешь ли не хуже. У меня и член длиннее… Молчишь. Молчи… Сегодня твоя актерская задача извиваться и глотать.

Парни ржут и продолжают меня лапать.

Надеяться не на кого. Глупость думать, что сейчас Максим ворвётся и раскидает своих друзей. Убьет своего брата. Я для него никто, я просто шлюшка. Он хорошо провел время, а сейчас стану еще и порно актрисой, скорее всего для шантажа. Но если я выживу. Если я смогу не покончить после всего с собой, я отрежу яйца каждому, кто в этом участвовал.

И Максим не станет исключением.

Внутренне улыбаюсь, представляя, с каким наслаждением я буду ему мстить.

И дернуться не могу, руки держат парни, распяли меня по столу, чтобы Антон смог беспрепятственно меня трахнуть. А он уже готов, уже целится, уже трет об половые губы свой худой отросток.

Под лицом натекла порядочная лужица от слез и слюней, в перед глазам волосатая рука и рядом баночка для карандашей.

Так мерзко. Так тошно. Еще пару мгновений, и я стану просто дрянью. И все будут говорить, что я виновата сама. И ведь так и есть. Потому что знала, что нельзя, знала, что опасно, но полетела, как мотылек в огонь и сейчас в нем сгораю. А как найти выход, не знаю.

И только небо прошу дать мне шанс.