Сын Дьявола

Ее грудь, вздрагивающий живот и окровавленные ногти.

Так за свою честь не боролся еще никто.

Никто из подмятых под Антона девок не смог избежать проникновения, а она смогла.

Не упустила шанс и превратилась из жертвы в хищника.

Дыхание перехватывает от восхищения подобной силой, но горло стягивает понимание. Больше не моя. Такого, как я, она просто больше не примет.

Поэтому стойко принимаю ее изменившийся взгляд, презрение, что режет этим же карандашом, твердый шаг и хлесткую оплеуху.

Она вкладывает всю силу в этот удар и набирает воздуха, чтобы сказать что-то, но только плюет в лицо.

Стираю рукой ее слюну, не чувствую не ответного желания ударить, ни омерзения. Все-таки эта слюна несет собой только удовольствие, хоть и сейчас кажется обжигающей кислотой.

— Тебе надо уходить, — говорю я тихо, пока Антон продолжает выть и без сил скользит на луже собственной крови. Падает и катается по полу, не в силах произнести ни слова.

Она проходит мимо меня, но останавливаю ее рукой за плечо, за что получаю новый удар. И не сказать, что бьет как девчонка.

Стягиваю фрак, подаю ей.

Она смотрит на него, как на удава, даже руку убирает за спину, чтобы не взять.

Глотает непрошенные слезы, о чем-то размышляет, кусает в кровь губы и все-таки хватает помощь и уходит.

— Лучше через лес, — говорю я вслед и возвращаю взгляд Антону. Он кастрат. Это понятно и без медицинского осмотра. Но если не вызвать скорую, он просто сдохнет от потери крови. И впервые за многие годы, мне не хочется ему помогать.

— Ну что, подождем его смерти или все-таки вызовем скорую? — задаю я вопрос и подхожу к камере, шмякая лакированными, взятыми на прокат, ботинками. Парни вызывают скорую.

Достаю из панели памяти флешку и кидаю камеру на пол. С каким-то мерзким удовольствием смотрю, как бьются линзы, как осколки разлетаются в сторону, пластик, и гнется тонкий метал.

Зажимаю тонкую карту памяти в кулаке, хочу сломать, а потом думаю: что, если отдам это видео в руки Ланы, она меня….

Нет, конечно, не простит, но хотя бы перестанет ненавидеть. Возможно. Проблема в том, как перестать ненавидеть себя?

Собираю ее туфли, платье, белье и выхожу из кабинета, чтобы меня здесь не застали другие. Смотрю на кровавые следы Ланы и сдергиваю с плеч рубашку, оборачиваюсь по сторонам и вытираю до самого выхода. Там она уже сразу на траву ступила.

Рубашку сжигаю с ее вещами в ближайшей урне, возле которой курят парни.

Смотрю на них с ненавистью, точно такой же, какую испытываю к себе. Отбросы. Ну что, оно ведь верно.

— Что нам делать, Макс?

Сдохнуть желательно.

— Заткнуться, и о Лане ни слова. Если услышу, что хоть один из вас заговорил, по пьяне, на девке или хотя бы упомянул ее имя, вырву кадыки и заставлю сожрать. Ясно?!

Не знаю, что именно.