Табу на любовь

Но все же не успел. Пришлось девчонку поднимать с тротуара, отряхивать снег с одежды, ставить на место.

Она хмуро смотрела на меня. Не убежала. Не кричала о том, какой я придурок и сволочь.

И я не успел даже подумать, а слова уже слетели с долбаного языка:

Девчонка открыла рот, чтобы, очевидно, послать меня лесом. Но передумала. Сомкнула красивые губы и отвела взгляд.

— Понятно, — хмуро заключил я и, удобнее перехватив Ратти за локоть, потащил к машине.

— Пусти! — наконец, потребовала она, но я не уступал.

Усадил ее в тачку, сунул в руки коробку с телефоном и уже активированной в ней карточкой с приличным балансом на счету.

Потом распахнул заднюю дверь тачки.

— Лезь! — скомандовал я доберману.

Тот оскалился, пришлось повторить команду уже более требовательно.

— Живо в тачку! — прорычал я.

Сумрак послушно ткнулся мордой в сиденье. Я понял, что он сам не одолеет препятствия. Помог псу взобраться. Тот молча улегся, глядя на свою хозяйку.

А я сел за руль. Взглянул на девчонку. Протянув руку, она гладила морду пса и едва заметно улыбалась ему.

Млять! Она никогда не улыбалась мне. Ни разу.

Тот ресторан, в котором мы ужинали в первый раз, был неподалеку.

И все повторилось. VIP. Стейк. Кофе.

Все, кроме того, что Ратти не пила глинтвейна и смотрела на меня, как на монстра, в ожидании подвоха. А рядом, улегшись на пол у ее ног, Сумрак ел свою порцию мяса.

— Мне не нужен телефон, Роман Дмитриевич, — произнесла Ратти, после того, как тарелка перед ней оказалась полупустой.

— Он всем нужен, Ратти, — хмыкнул я.

— От тебя — не нужен, — исправила она свою мысль, но я и так прекрасно знал, что именно она хочет сказать мне.

— Знаю, — небрежно пожал плечом.

Не сводил взгляда с хорошенького личика. Подмечал все изменения, случившиеся с ней за неделю. Едва заметно припухли веки. Нос покраснел, будто от насморка. А по мелькнувшему в хрупкой ладони носовому платку понял, что она действительно простыла.

— Имбирный чай с медом, — кивнул я официанту, вернувшемуся за пустыми тарелками.

— Ненавижу имбирь, — скривилась девчонка.

А я понял, что не так уж и хреново быть с имбирем в одной компании.

Львовский меня пугал. Нет, не своим диким и жадным взглядом, а своим спокойствием.

От умиротворенного и уравновешенного Львовского я не знала, чего ждать.

И от этого терялась.

А еще от его близости.

Теперь я знала, что скрывается под дорогим пиджаком и, что еще хуже, под модельными брюками.

Воспоминания о близости с этим мужчиной не отпускали меня. По телу разливалось странное тепло. Но я всеми силами старалась гнать предательские мысли прочь.

Когда официант заменил имбирный чай на ягодный, я поняла, что меня окончательно разморило. Возможно, температура вновь подскочила.

Я удобнее устроилась на мягком диване, понимая, что Роман не спешит никуда.