Тайна поместья Эбберли

Врождённое заболевание, деградация нервных волокон, проблема в двигательных нейронах, ничего не поделать…

– А что насчёт клиники в Нью-Йорке?

Руперт, который только что взял в руку вилку, с грохотом положил её на стол:

– Давай не будем сейчас об этом. Я признателен тебе, но сомневаюсь, что дамам приятно слушать про мои болезни. Я уже всё решил. Мне осталось не так уж много. Хочу прожить эти годы не на больничной койке, а как счастливый человек: побыть с женой, с детьми… Как, кстати, с этим у тебя?

Дэвид опустил глаза:

– Ну конечно, – усмехнулся Руперт. – Тебе-то некуда торопиться.

У тебя вся жизнь впереди.

Айрис чувствовала себя здесь ужасно лишней; разговор был явно не для её ушей. А Руперт… Он говорил какие-то жуткие вещи таким тоном, словно обсуждал результаты скачек или погоду. И этот немного циничный и откровенный тон ему невероятно шёл; в этом было тревожное, трудно определимое, но очарование.

Руперт наверняка нравился женщинам, несмотря на хромоту и скрюченную спину. Было в нём что-то… Его нельзя было назвать красавцем, скорее молодым человеком приятной наружности, но мимика, выражение лица, улыбка были завораживающими.

Худой и невысокий, с непослушными тёмно-русыми волосами, которые не желали укладываться в причёску, он напоминал Питера Пена – если бы тот повзрослел: смелый, весёлый, бессердечный. Энид говорила, что он был обворожительным ребёнком. Айрис даже сейчас это видела.

Руперт был твёрдо намерен сменить тему разговора:

– Чудесное платье, Энид, – сказал он. – Что это? Кристиан Диор?

Энид почти смущённо оглядела себя, точно впервые видела своё шёлковое антрацитово-серое платье с элегантным бантом на шее.

– Спасибо, Руперт. Это Шанель.

– Послушай, Дэвид, можно я устроюсь к тебе секретарём? – тут же повернулся Руперт к брату. – Мы с Кристиной пока не можем позволить себе вещи от Шанель. Но очень хочется.

Несмотря на то что в глубине души Айрис немножко злорадствовала, ей стало жаль Энид. Руперт сделал комплимент только для того, чтобы потом сказать гадость – напомнить о том, что она и её мать жили на деньги Вентвортов.

Вместо Энид ответил сэр Дэвид:

– Если тебе чего-то не хватает, Руперт, например платьев от Шанель, ты всегда можешь сказать об этом мне.

– Чтобы ты облагодетельствовал меня новым чеком? – спросил Руперт задиристо и издевательски.

– Чтобы я узнал, что ты в чём-то нуждаешься.

– Это был самый странный обед за всю мою жизнь. Я почти не ела, так всё это было неловко.

– Хотите приготовим вам сэндвич? – заботливо спросила миссис Пайк. – Могу принести говядину в сли…

– Нет-нет, миссис Пайк, ничего не нужно, – покачала головой Айрис. – Разве что чай.

– Пойдёмте тогда ко мне, – сказала миссис Пайк, поняв намёк.