Тайна поместья Эбберли

Айрис не покидало ощущение, что незадолго до смерти леди Клементины в поместье что-то происходило, разворачивалась какая-то скрытая ото всех история, может быть трагедия, которая и привела к столь ужасному концу.

– Вы правильно сделали, что рассказали. – Айрис захотелось положить ладонь на пухлую подрагивающую руку миссис Пайк. Бедной женщине было очень тяжело – и в тот раз, и в этот, и ей даже не дали возможности скорбеть о своей хозяйке: нужно было управлять армией слуг, расселять и кормить гостей, удовлетворять все их желания и прихоти.

– Может, это и неважно вовсе, но я так испугалась, когда она фотографии сожгла… Я и Фенвик рассказала.

– Чего вы испугались?

Айрис и без рассказа миссис Пайк обратила внимание, как мало было фотографий в альбомах. Но почему? Очередная странность леди Клементины или нечто иное?

Как будто она боялась оставить следы после себя. Любые следы, кроме книг.

После ужина, за которым все вели себя удивительно доброжелательно и прилично, Айрис вышла на улицу. Там, где кончались цветники, деревья парка стояли чёрной стеной, но небо над ними, над куполом оранжереи было того невероятного, ослепительно-синего цвета, который появляется после захода солнца.

Айрис услышала, как стукнула у неё за спиной дверь, а затем послышался глухой, солидный «вуф!» Наггета. Она обернулась. От дома шёл сэр Дэвид.

– Тоже решили прогуляться? – спросила Айрис.

– Вообще-то нет. Я увидел, как кто-то ходит по саду. У вас тёмный плащ, похож на мужской. Я решил проверить.

– Это же опасно! А если бы это на самом деле был злоумышленник?

– Я узнал вас, когда открыл дверь.

Наггет плюхнулся на землю у ног Дэвида – прямо на холодный гравий.

– Думаю, вам не стоит гулять одной в темноте, мисс Бирн, – сказал Дэвид.

– Сейчас ещё не темно. – Айрис указала на светящийся синий свод над их головами.

– Люблю это время суток.

– Синий час… Красиво, но тревожно.

– Мне тоже тревожно, мисс Бирн, поэтому я и прошу вас не выходить одной.

– Можно просто Айрис, – улыбнулась она. – Но я бы и не ушла далеко. Мне самой страшновато даже до качелей дойти.

– Пойдёмте вместе, Айрис.

Она обратила внимание на то, что он не предложил называть его просто Дэвидом в ответ.

Они дошли до качелей, и Айрис села на широкое сиденье. Хорошо смазанные, они качались абсолютно беззвучно. Сэр Дэвид, немного подумав, сел рядом.

– Я хотела с вами поговорить, но рядом постоянно кто-то есть, – сказала Айрис.

– Ни о чём особенном. Я собираюсь в выходные поехать в Лондон и разузнать что-нибудь насчёт усыновления. Решила вас предупредить. Начну с церкви. Кстати, оказалось, что она католическая.