Тайная лавка ядов

Листья малины? Табак? В них не было ничего опасного, хотя я как-то слышала, что никотин в больших количествах токсичен. Возможно, именно количество неядовитого оказывалось смертельным? А что до некоторых других названий в книге – вроде настойки NV, – я понятия не имела, что они значат.

Я попыталась разобраться и с тем, как были организованы записи. Каждая начиналась с имени, потом шел ингредиент – опасный или нет, – а за ним дата. В некоторых записях было второе имя, в конце, с указанием «по зак». Я предположила, что это означало, что первое имя принадлежало тому, кому предназначалось вещество, а второе – тому, кто его купил. Так, например, Чарли Тернер должен был принять «настойку NV» – что бы это ни было, – а купила ее, видимо, мисс Эппл.

Я взяла ручку и блокнот с тумбочки и записала несколько пунктов, чтобы потом прояснить их для себя:

«Количество неядовитого вещества, необходимое, чтобы убить

Настойка NV – что такое NV?»

Следующие пятнадцать минут я провела со скрещенными ногами на кровати, яростно записывая вопросы и слова, отчасти знакомые, отчасти нет. Паслен. Это ведь растение? Дурман. В жизни не слышала. Аконит. Понятия не имею. Драхма, пилюля, спуск, тис, эликс. Все это я выписала.

Я открыла следующую фотографию и ахнула, когда мой взгляд упал на слово, которое, я точно знала, означало нечто смертельное: мышьяк. Я выписала его в блокнот, поставив рядом звездочку. Увеличила фотографию, надеясь разобрать остальные слова в строке, но тут снова услышала шум за дверью.

Я замерла. Похоже было, что кто-то только что остановился перед дверью номера. Я тихонько выругалась в его адрес, кем бы он ни был. Они что, не видят табличку «Не беспокоить»? Но потом я услышала, как в замке прокатали карточку. Что, Джеймс уже вернулся? Я сунула телефон под подушку.

Через мгновение вошел Джеймс – и я сразу поняла, что что-то очень, очень нехорошо. Он был весь бледный и потный, со лба у него капало, а руки страшно тряслись.

Я инстинктивно вскочила с постели и подбежала к нему.

– О господи, – сказала я, подойдя к нему. Я чувствовала запах его пота и еще чего-то, сладковато-кислого. – Что случилось?

– Все нормально, – ответил он, устремляясь в ванную. Склонился над раковиной, глубоко дыша. – Наверное, вчерашняя итальянская еда.

Он посмотрел в зеркало над раковиной и встретился со мной глазами, хотя я стояла у него за спиной.

– Я в полной заднице, Кэролайн. Сперва ты, теперь это. Меня стошнило на улице, на тротуар, – сказал он. – Наверное, надо, чтобы все вышло. Ничего, если я… – Он замолчал, сглотнул. – Ничего, если я побуду один в номере, пока оно полностью не выйдет?

Я не колебалась ни секунды.

– Конечно, да. – Я много лет знала, что Джек ненавидит, когда его тошнит при посторонних.