Тайны летней ночи

Девушка подняла голову от своих заметок:

— Прежде всего мне нечем тебе заплатить, да и ни к чему все это. Пышными перьями не замаскируешь отсутствие приданого.

— А, деньги, — отмахнулась Лилиан с небрежностью человека, у которого их полно. — Ты отплатишь мне, дав нечто бесконечно более ценное, чем наличные. Научишь меня и Дейзи, как… ну, как больше походить на тебя. Что уместно говорить и делать в тех или иных обстоятельствах, все те негласные правила, которые мы, похоже, нарушаем по сто раз на дню. А вдруг ты даже поможешь нам найти поручительницу! И тогда мы сможем войти во все те двери, которые пока что для нас закрыты. Что же до отсутствия приданого… ты просто поймаешь на крючок какого-нибудь богача. Остальные помогут загнать его в угол.

Аннабел от удивления едва не раскрыла рот.

— Ты, смотрю, не шутишь!

— Еще бы! — оживилась Дейзи. — Какое облегчение для нас! Хоть какое-то занятие, вместо того чтобы, как идиоткам, торчать у стены! Мы с Лилиан просто сходим с ума от тоски!

— Я т-тоже, — кивнула Эви. — Ну…

Аннабел переводила взгляд с одного оживленного лица на другое, не в силах сдержать ухмылку.

— Если все трое согласны, тогда и я за. Но не следует ли нам подписать договор кровью или чем-то в этом роде?

— Господи, ни за что! — воскликнула Лилиан. — Просто заключим устное соглашение, и на этом все. — Она весело взмахнула бальной карточкой. — Прежде всего нам следует составить список наиболее подходящих кандидатов, оставшихся от прошлого сезона. До чего же жалкая компания! Может, записать их в порядке знатности? Начиная с герцогов?

— О, герцогов можно оставить в покое, — покачала головой Аннабел. — Лично я не знаю ни одного холостого герцога моложе семидесяти лет, и все они как один лысые и беззубые.

— Значит, ум и обаяние допустимы, а зубы — обязательны? — ехидно спросила Лилиан.

— Зубы допустимы, — засмеялась Аннабел, — но крайне предпочтительны.

— Ладно, — согласилась Лилиан, — пропускаем замшелых старых герцогов и переходим к графам. Скажем, лорд Уэстклиф.

— Только не он, — поморщилась Аннабел. — Не человек, а абсолютно бесчувственная, холодная рыба. И не обращает на меня внимания. Во время первого сезона я едва не бросалась ему на шею, а он смотрел на меня, как на камешек, случайно застрявший в подошве.

— В таком случае забудем Уэстклифа.

Лилиан вопросительно подняла брови:

— Как насчет лорда Сент-Винсента? Молод, холост, красив, как смертный грех…

— Не пойдет, — перебила Аннабел. — Какой бы непристойной ни оказалась ситуация, Сент-Винсент никогда не делает предложения. Он скомпрометировал, соблазнил и обесчестил не менее чем с полдюжины женщин. И не знает, что такое благородство и долг…

— Тогда граф Эглинтон, — нерешительно предложила Эви.