Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

Старательно вспоминаю какую-нибудь дрянь из своей работы — с моим опытом дерьма я видел немало. Вроде немного отпускает. Даже ухитряюсь потрепаться с тренером — в стрельбе из лука я, естественно, полный ноль, но с огнестрелом обращаюсь неплохо, поэтому точки соприкосновения находятся.

С началом тренировки мужчина отходит к своим подопечным, а я устраиваюсь сбоку, чтобы никому не мозолить глаза — и не отрываясь слежу за Алиной.

Подозреваю, если б моя мать увидела меня сейчас, она бы уже завтра побежала заказывать свадебный лимузин.

Я и сам понимаю, что выгляжу, наверное, как полный идиот — но просто не могу отвести от неё взгляда.

От того, как она двигается. Как натягивает тетиву, фиксируя пальцы около уголка губ. И она, провались всё на свете, в моей рубашке! Под которой…

Так, Богатырёв, вдох-выдох, давай, кретин, вспоминай судебку или ещё что-нибудь, пока брюки не порвались. Краем глаза поглядываю на других лучников, но атмосфера спокойная, никто друг другу не мешает, каждый занят своим делом. Правда, этот Сергей, который тренер…

Я вроде бы понимаю, что это его работа. Но то, как он поправляет Алине стойку… касается её рук, плеч, талии.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не подлететь к ним и не врезать ему. Даже прикрываю глаза, чтобы слегка успокоиться.

Не помню, чтобы я хоть когда-нибудь так себя чувствовал. Разве что… когда Аня предпочла Добрынина. Задумываюсь, пытаясь воскресить в памяти те ощущения, но выходит плохо — они как будто смазанные, просто отзвук, эхо тех событий.

Немного запыхавшийся голос застаёт врасплох. Смотрю на подошедшую ко мне Алину. Раскраснелась, глаза горят, волосы выбились из низкого пучка и немного растрепались. Чёрт, это невозможно, она просто… ходячий секс.

— Всё в порядке? — склоняет голову набок.

— Да, конечно, — выдавливаю из себя. — Ты закончила? Пойдём.

— Вы сказали, у вас еды нет, а продуктов тоже? — она идёт рядом, легко приноравливаясь к моим шагам. — Надо что-нибудь приготовить на ужин! Честно говоря, я жутко хочу есть после тренировки, — улыбается мне, и я сглатываю слюну, которая не имеет ничего общего с обычным голодом.

— Заедем в магазин? — спрашиваю у неё.

— Да, давайте, — она рассеянно кивает. — Как насчёт курицы карри с рисом и овощами? Её быстро готовить.

— С удовольствием, — открываю ей машину.

В магазине выбираем всё что нужно — точнее, Алина выбирает, потому что мои способности в плане готовки ограничиваются яичницей и варкой пельменей. А потом я сижу на кухне и стараюсь не слишком очевидно пялиться на хлопочущую возле плиты девушку.

Ужин получается очень вкусный и какой-то… уютный что ли. Мы уже доедаем, когда Алина спрашивает:

— Полкан Игоревич, мне немного неловко, но… можно попросить у вас футболку или что-то такое?

Я давлюсь и закашливаюсь.