Такие разные

Она была так слаба, так беспомощна, и он с нежностью коснулся губами ее виска. Бет закрыла глаза, в уверенных руках Дика она забыла, от чего и от кого спасалась. Санитары из клиники, Молл, Шеридан – все это теперь казалось страшным сном. Реальностью был Дик, его теплые, нежные руки.

– Почему ты решила убежать от меня? – спросил он взволнованно.

– Шеридан… – Она замолчала, пытаясь собраться с мыслями. – Ты звонил Шеридану. Чтобы он пришел и забрал меня, а он тебе заплатит…

– Нет, – грубо оборвал он. – Я хочу помочь тебе, и деньги Шеридана мне не нужны.

– Тогда… почему? – Она подняла голову и заглянула ему в лицо.

В его слегка прищуренных глазах мелькнули опасные искорки, он еще сильнее притянул ее к себе и затем внезапно отступил. Он был явно смущен и, казалось, досадовал на себя за это.

– Если ты еще раз сделаешь такое, я свяжу тебя, – мрачно заявил он. Стараясь не глядеть друг на друга, они вернулись в дом. – Как далеко ты думала убежать в таком виде, Бет? Ты дрожишь от холода и рискуешь простудиться!

Он с грубоватой нежностью подтолкнул ее к спальне. Там она в изнеможении опустилась на край кровати. Он молча уложил ее в постель, накрыв теплым одеялом, затем снял джинсы и через минуту присоединился к ней, прижимая ее к себе, такую мягкую, покорную.

– Никто не причинит тебе вреда, Бет, – тихо сказал он, ласково касаясь ее плеч. – Постарайся заснуть, хорошо?

– Мне холодно, – пробормотала она, уже погружаясь в сладкую дрему. И последнее, что она запомнила, было прикосновение его губ к ее щеке. Впервые за многие годы она обрела покой. В объятиях человека, о существовании которого она и не подозревала всего два дня назад.

Он не знал, как долго длился его сон. Огонь в камине погас, и в комнате стало прохладно, но ему было тепло – теплее, чем когда-либо. Бет спала рядом с ним, пряди ее светлых шелковистых волос разметались по подушке. Она что-то бормотала во сне, слегка морща лоб. Наверное, ей снился Шеридан.

Уже два года Дик спал один. Даже больше двух лет. Когда Энн стало хуже, он перебрался в свободную комнату, и его ночи стали пустыми и бесконечными. А теперь рядом с ним лежала совсем незнакомая ему женщина, и он с каким-то смешанным чувством радости и удивления смотрел на нее.

Он думал о ее отчиме, загадочной гибели ее матери и о других связанных с этим проблемах, когда услышал какой-то шум в домике.

Шаги. Мягкие, почти неслышные. Скрип половицы. В следующий миг Дик был на ногах, двигаясь быстро и бесшумно, молча проклиная себя за то, что оставил свой маленький пистолет на столике в другой комнате. Оглядев темную спальню, он обнаружил у камина топорик для рубки щепок. Его сосновая гладкая рукоятка удобно легла в руку, и он помахал им в воздухе, приближаясь к двери.