Танец вокруг живота

— Вот так-то! — кивнула Леся. — Если бы не мы, то этот конверт вообще бы никто не нашел. А уборщица просто выкинула бы его в мусор, готовя номер для следующих постояльцев.

— Давайте этот конверт сюда! — велел девушкам Тим.

Кира, поколебавшись всего долю секунды, полезла в другой карман и вытащила оттуда тоже порядком помятый конверт.

— Больше у тебя там ничего нет? — подозрительно поглядывая на ее шорты, осведомился Тим, разворачивая конверт.

— Из улик ничего, — ответила Кира.

Но Тим ее не услышал. Он развернул сложенный пополам конверт и остолбенел.

— Вот это да! — внезапно охрипшим голосом произнес он. — Да это же в корне меняет всю ситуацию! Я еще раньше подозревал, что она могла провернуть подобный трюк. Но никак не думал, что она была настолько глупа, чтобы задумать повторить его.

— О чем ты говоришь? — удивилась Кира.

— Вот это письмо! Вы знаете, кто его написал?

— Ну кто? — задумалась Леся. — Похититель и написал.

— И почему оно в таком случае оказалось в комнате Наташи? Вы ведь его там нашли?

— Ну да, — кивнули подруги. — Под матрасом.

— И какой похититель? — продолжал допытываться у них Тим. — Наташу что, кто-то похищал?

— Ну… — замялись подруги, — мы так, во всяком случае, думали.

— А может быть, ее и похитили, а она удрала от своих похитителей! — сказала Кира.

— Ага и, прихватив с собой письмо, занесла его в свой номер, а потом отправилась работать танцовщицей на дискотеку Ибрагима! — договорил за нее Тим. — Бред чистой воды.

Кира обиженно замолчала.

— Да вы и сами так не думаете, — примирительно заметил Али. — Иначе не забыли бы про письмо и конверт. А так, не сочтя их важными уликами…

— Ну да, — обрадовались девушки неожиданной поддержке.

— Бред, не говоря уж о том, что вот это самое письмо, — Тим, не обращая внимания на слова Али, снова помахал злосчастным письмом в воздухе, — вот это самое письмо, которое якобы написано похитителями, оно написано рукой самой Наташи!

После этих слов над столиком воцарилась полная тишина. Все четверо молчали, обдумывая слова Тима. Леся смотрела на колышущийся на ветру розовый цветок, и почему-то ей упорно в голову лезли всякие дурацкие мысли. Например, о том, как легко быть просто милым цветком и как сложно жить настоящему человеку.

— Ты-то откуда это знаешь? — наконец нарушила молчание Кира. — Про почерк?

— Откуда? Да уж господин Канарейкин постарался сообщить мне о своей дочери самые разнообразные сведения, — огрызнулся на нее Тим. — В том числе у меня имеется и вполне сносный образчик ее почерка. И не надо быть экспертом, чтобы понять — эти почерки идентичны.

— Ты не ошибаешься? — настороженно посмотрела на него Леся. — Потому что…

— Подождите! — вскочил с места Тим. — Подождите минуту.