Танцующая с грозой (СИ)

— Вот, собственно, и все! Разве могла богиня отнять желанное дитя у своей избранной? — Настоятельница развела руками.

— Надо принять тебя в род, объявить…

— Нет! — Элина резко перебила принца. — Никаких принятий и объявлений. Я к вашему роду никакого отношения не имею, и мараться таким родством не собираюсь.

— Так дело не пойдёт! Детские обиды, особенно за мать, это серьезно. Но ты должна быть в семье. — Канцлер и бывший король явно пытались надавить на Элину, тяжёлое напряжение ощущала даже я.

Отец Элины вдруг снял камзол, демонстрируя пропитавшиеся сукровицей и гноем бинты, и обернулся.

Когда-то сильный и красивый зверь, сейчас был болезненным и ослабевшим, но упорно пополз к дочери, порыкивая и подвывая, явно зовя непослушного ребёнка. К этому зову присоединился и отец Эрара, тоже сменив ипостась.

— Я! Сказала! Нет! — Элина резко развернулась спиной к наполненному залу, сдернула с головы капюшон и в секунду скинула платье, оголив изуродованную спину.

Волк ее отца даже сначала шарахнулся в сторону от увиденного, потом разъяренно зарычал, а бывший король замер разглядывая уродливое шрамированое месиво.

Но уже через секунду, на месте Элины стояла красавица волчица.

Оскал, рывок, и ее челюсти сжимаются на груди бывшего короля, и если бы он не рванулся в последний момент, то волчица вцепилась бы ему в глотку, ещё один рык в сторону отца, и оба волка отступают, тем не менее, напряжённо рассматривая наследницу одного из братьев короля и принцессу крови. Девушку, для которой родство с королевской семьёй, худшее из возможных оскорблений.

Боги, дайте сил! Элина, в свое время, предпочла промолчать об этом родстве.

Даже чёрный отбор её не сподвиг на принятие этого факта. И кто б её осудил? Уж точно не я. Ведь винила она принца не только в насилии над матерью, но и в её смерти.

Конечно, можно было бы начать уговаривать, мол, выслушай мужика, может это ошибка, может недопонимание какое-то, но, с какой стати Элина должна себя ломать? Даже сейчас, спустя столько лет, когда явно было время подумать, проанализировать, разложить все по полочкам, оборотень заявляет, что нет, насилия не было, просто не сдержался.

Просто! Ну, бывает, конечно, подумаешь, ерунда, какая.

Нет, не ерунда! Зверь признал пару, у мужчины была тяга. При этом, насколько я помню, мама Элины смогла почти убрать и обезболить последствия проклятия, практически вернуть к нормальной жизни этого оборотня. А элементарное чувство благодарности, вообще, здешним мужчинам знакомо? Или, быть благодарным человечке за собственное спасение, это ниже мужского достоинства?

Допустим, я могу понять, что появились определенные желания, и желания сильные.