Танцы на стеклах

Все чаще посещает мысль, что к Наташке все остыло давно, все как-то по инерции, даже чертов секс превратился в обязаловку, а я мужик, я не хочу в обязаловку! Я нормально хочу! А у нас секс другой – она насилует мне мозг, я вечером домой возвращаться не хочу от слова совсем. Так и делал частенько последние… к-хм… года полтора точно. А теперь там Тася и вот к ней хочется. Мышонок начинает радоваться мне и мультфильмы опять же…

Да, пусть будет так. Проверенное место, проверенный отель. Перезагрузимся и на трезвую голову будем решать, как жить дальше, но я что-то не хочу больше вместе и с себя ведь вины не снимаю, она безусловно есть. В конфликте всегда виноваты двое, а если конфликт в семье, то и говорить нечего. Но у всех есть предел, мой, видимо, просто уже настал.

Закапываюсь в работу до позднего вечера. Сегодня удается только к девяти разгрестись. Лару отпустил раньше. Она мне, как и просил, билет распечатала, а я поймал себя еще на одной вещи – взгляд сам коснулся ее округлых бедер и перетек к стройным ногам. Сзади на юбке разрез, который заканчивается довольно высоко, и фантазия сыграла как надо. Мужская природа напомнила, что нас держат на голодном пайке.

«Низко заглядываться на свою секретаршу, Соколов! Себя уважать надо и ее тоже!» – тем более Ларка замужем и мужа ее я знаю.

Мысленный подзатыльник помог сосредоточиться на работе и закончить с делами на сегодня.

Тело все еще тянет от неудовлетворенного желания. Неприятное, раздражающее чувство.

На подлете к дому, заскакиваю в магазин, покупаю пачку кукурузных палочек и коробку сока для Таси, бутылку белого вина для Наташи. Посмотрим, что принесет мне этот вечер.

Скинув обувь, в носках прохожу на кухню, оставляю вкусняшки для женского большинства.

Поднимаюсь на второй этаж. Первым делом заглядываю в детскую. Тут меня точно ждут.

– Привет, мышам, – подмигиваю малышке.

– Привет, – Тася машет мне ручкой с кровати.

– Я тебе там похрустеть принес, только давай не на ночь, ладно? Как дела? На футбол с няней ходили?

Молчит, спрятавшись в распущенных волосиках.

– Чего случилось? – опускаюсь перед ней на колени, чтобы было удобнее.

– Не пойду на футбол. И на пианино тоже не пойду. Ты не обидишься? – шмыгает носом.

– Ты же хотела. Я думал, тебе понравится, – убираю волосы за ушко и приподнимаю пальцами ее лицо.

Карие глаза наполнены слезами. Это тоже нормальная практика. Она еще совсем не пришла в себя, и я не представляю, когда это случится. Радуюсь тому, что Таська просто говорит со мной и гулять ходит.

– Там просто это… – отводит взгляд. – Дядя Демид, там просто все с мамами ходят, а у меня больше не-е-ет… – обнимает меня за шею ручками и рыдает в голос, уткнувшись носиком в рубашку.