Театр теней
Улики против Койна были железные, особенно в том, что касалось убийства Дайдры Торсон. Прокурор предъявил ему обвинение еще по четырем делам, числившимся за маньяком из Уикер-парка, на основании сходства обстоятельств преступления. Кроме того, по прошествии стольких лет Койн был не в состоянии подтвердить свое алиби. Десятки женщин засвидетельствовали, что секс ассоциировался у Койна с жестокостью и насилием. Были и такие, которые после его ареста явились в полицию и заявили, что он пытался их изнасиловать. Одной из них была Марта Финн.
Защита пыталась поставить под сомнение основное доказательство — совпавшие образцы ДНК, настаивая на том, что их клиент не был той ночью в районе Норт и Кеннеди.
«ДНК не лжет», — говорили они.
Когда лейтенант Эмброуз занял место для дачи свидетельских показаний, защита забросала его вопросами об Арманде Гутьеросе, первом подозреваемом в деле маньяка из Уикер-парка.
— Скажите, лейтенант, правда ли, что до того самого момента, как ваши люди ворвались в квартиру Сэма Койна и привезли его в участок Пятого района, вы искренне полагали, что убийцей является Фрэнсис Стасио?
Эмброуз вынужден был признать, что, пока не произошло убийство Дайдры Торсон, Стасио действительно был его главным подозреваемым.
— А правда ли, что мистер Стасио покинул страну сразу после ареста мистера Койна?
Эмброуз ответил, что мистер Стасио волен уезжать когда угодно и куда угодно.
Сэлли Барвик тоже была приглашена в качестве свидетеля.
— Мисс Барвик, правда ли, что у вас был личный конфликт с подзащитным? Что вы отказались назвать свой источник в полиции? Что вы получили аванс в несколько сотен тысяч долларов за книгу о маньяке из Уикер-парка?
Сэлли ответила утвердительно на все эти вопросы, но судья не стал принуждать ее разглашать имя источника.
Адвокаты Койна — их было пятеро — представили подробную информацию о более чем десяти убийствах, совершенных в Чикаго, Ороре, Милуоки и Мэдисоне уже после ареста Койна и отказа выпустить его под залог.















