Тени исчезают в Раю

Одна инъекция – и ты спишь всё время маршрута, не замечая ни перегрузки старта, ни безумия гиперпространства, ни болтанку посадки. Просто еще укол – и ты уже на месте. Просыпаясь на Парадизе, Роул поняла, что еще пара суток химического сна ей бы не повредила. Она выбралась из антиперегрузочной капсулы, улыбнулась сонным соседям и бодро пошагала на выход.

Несмотря на ранний прилет, размещение прошло быстро. Абориген, одетый по этнической моде, выдал ей чип-ключ, посыльный в аналогичном наряде проводил до номера. Тайни списала ему чаевые. Небольшие. По легенде она была перевозчицей-челночницей. Пилотом, устроившим себе небольшой отпуск на время ремонта вверенного судна. Абориген кланялся так, будто Роул спасла его от голодной смерти. Тайни покровительственно кивнула и вошла внутрь. До завтрака было целых полтора часа, чтобы собраться с мыслями. А на трезвую голову, отдохнувшие мозги и химически усмиренную лимбику ситуация представлялась весьма плачевно.

Итак, девушка Себастьяна – журналистка, которая расследовала исчезновение нескольких девушек на Парадизе. Она пропала при странных обстоятельствах. Добровольной помощи от местных правоохранительных органов не дождешься. Кэп убедился в этом в прошлый раз. Принудительную выбить не удастся, поскольку девушка – не китиарка. Корабль Марсо был оборудован под завязку. Но так как у Кайсы, банально, отсутствовали какие-либо геолокационные приборы, вся эта техника превращалась в бесполезную груду металлолома. Оставались психологические методы проверки подозреваемых или физические. Вторые – более действенные, но если они с Себом ошибутся в фигуранте, неминуем межгалактический скандал. У Китиары полно явных и скрытых врагов, которые ухватятся за любую возможность и раздуют скандал до размеров Вселенной. Поэтому права не ошибку у Тайни нет. Именно ей предстояло вычислить преступника. Если он вообще есть среди тех, кого подозревал Себастьян.

Была еще одна возможность – пойти по пути Кайсы. То есть сыграть «подсадную утку», надеясь, что неведомые похитители и ее попытаются похитить. Теперь, когда был известен механизм похищения, это было относительно безопасно. Но проблема была даже не в опасности. Для того чтобы сыграть какую-то состояние, нужно хотя бы раз в жизни его испытывать. Роул никогда в жизни не чувствовала себя «бледной молью». Она даже одинокой себя никогда не чувствовала. Сначала были семья. Потом – Майер. Потом – временные увлечения. Теперь – Коллингейм со своим ощущением безопасности и спокойствия, пусть и недоступный. Но «бледной молью» – никогда. Ее с детства учили бороться и добиваться своих целей. Учили быть первой.