Тоннель

Прямо паскудная там вышла ситуация, он до сих пор помнил масленое дуло дробовика, как оно качается между его, майора, лбом и горлом, и воспоминание это срочно требовалось чем-нибудь перебить. Все дальнейшие ситуации взять уже под контроль. А заодно и напомнить деду, на кого тут в самом деле стоит рассчитывать.

— Руки убери от нее, мразь, — сказала женщина в рваном костюме, у которой дочки не было тоже и которая вообще детей никогда не хотела.

— Так сама и следи за ней, ёбта, — ответил майор, победительно улыбаясь. — Я один тебе, что ли, за всеми смотреть должен? Набрала клоунов, оружие растеряла. Давай дверь еще откроем, когда ты два им дробовика подарила, — и опять оглянулся на деда. Он не был уверен, что в прошлый раз тот услышал про дробовики и кто именно их разбазарил. С дедом, правда, тоже походу намечалась какая-то ситуация. Булькать вроде бы перестал и сидел поровнее, но чего он там слышит, понять все равно сейчас было непросто. — Ты ж сама им оружие раздала там, кому ни попадя, — с нажимом и громче тогда повторил майор.

А затем так же громко и с тем же нажимом заявил, что против раздачи ружей всяким клоунам он, майор, между прочим, решительно возражал и что дверь в текущей ситуации вообще открывать нельзя. Что ситуация нестабильная, сложная — таково его, майора, экспертное мнение. И что раз уж он, майор, отвечает тут за безопасность первого лица, то и подвергать никому не позволит.

Говорить он вообще-то был не мастер, так что даже собою немножко гордился (особенно удачным оборотом про первое лицо). И лицо в самом деле к нему наконец повернулось.

— Не позволит он, — сказало лицо скалясь. — А капельницу ты мне, что ли, поставишь? Мудила. Ты диализ мне сделаешь? Коды, блядь, активации ты вводить будешь? Или этот? — тут лицо задралось к мордатому Валере, и под желтым носом при этих словах надулся пузырь, который Валера потянулся стереть салфеточкой и тут же опять получил — в этот раз по губам, и уже не ладонью, а костлявым сухим кулаком.

— Хватит! Ну чего вы бьете его все время! — крикнула Ася и вдруг заплакала. Обещала себе не плакать, не собиралась, просто не получилось.

— Она, что ли, коды будет вводить? — сказал желтый дед и ткнул в нее пальцем. — Сопля косорукая.

Ярость, как всегда, опять его оживила, и буквально через минуту майор обнаружил себя еще в одной, совсем уж неожиданной ситуации, брать которую под контроль точно уже не планировал. Потому что вдруг выяснилось, что именно он, майор, теперь в ответе не только за диализ и капельницу, но также и за связь, которой нету вообще-то уже восемь часов и какого хрена, кретины вы безголовые, ее до сих пор нету. И кто из вас, безголовых кретинов, введет наконец ебучие коды, когда тут никто даже интернет включить не умеет.