Тоннель

Заискивал и суетился, заранее готовый к отказу; не требовал, а просил, потому что ему все еще было неудобно, и он по-прежнему ждал, что все как-нибудь разрешится само собой. Потому что он был слабак. Тряпка. И теперь мальчик из Гольфа вот-вот потеряет сознание и придавит кота или даже убьет нарочно, в наказание за его, доктора, малодушие и глупость. И даже зная это, он, доктор, не бросается, например, к своей машине и не жмет на сигнал, чтобы разбудить всех. И даже в эту самую минуту ему, доктору, гораздо жальче не мальчика, а кота. Но сильнее всего, получается, ему жалко себя.

— Ну что? — спросила сонная девушка из синего Хёндай Гетц, держа у него перед носом раскрытую косметичку. — Подойдет вам что-нибудь?

Аспирин, ибупрофен, лейкопластырь. Пара тампонов, пудреница, помада и зубная щетка. Бесполезная дребедень, ерунда.

— Да, — сказал он. — Да, спасибо большое, я возьму вот это, если вы не против, — и вытащил серебристый блистер ибупрофена, в котором из десяти таблеток осталось шесть. — Это не совсем то, что нужно, но пригодится. И если у вас найдется немного воды... Спасибо. Спасибо, вы очень помогли, правда.

По пути к решетке он выдавил таблетки в ладонь — маленькие, белые, без маркировки. Упаковку он смял и положил в карман.

— Вот, — сказал он задыхаясь. — Вот, я достал. Видите? Вот. И еще я принес вам воды.

Мальчик-Фольксваген снова лежал на спине, прижимая кота к груди, бледный и мокрый, как утопленник, и на краткое мгновение доктору показалось, что он опоздал, что один из них может быть уже мертв — или мальчик, или кот. Но тут мальчик открыл глаза, а кот дернул лапой — устало, несильно.

— Это что? — хрипло спросил мальчик.

— Антибиотик, — соврал доктор. — Это то, что вам нужно. Я принес. Вы можете отпустить его. Пожалуйста.

— Нет, — сказал мальчик. — Сначала дайте таблетки. И мне еще нужен укол. Мне больно, вы сами говорили, что нужен.

— Ну что вы как маленький, — сказал доктор. — Зачем вы так? Я всю ночь тут с вами сидел, я помогаю.

— Нет, — сказал мальчик.

— Если вы их не примете прямо сейчас, — сказал доктор, — у вас начнется сепсис. Он уже начался, посмотрите. Это очень быстрый процесс, и даже если нас откроют в ближайшее время, вы до этого, скорее всего, не доживете. Но я нашел. Это очень мощное средство, оно поможет. А я пока найду вам укол. И еще воды. Только вы должны отдать мне кота. Вы не сможете взять таблетки, пока его держите. Здесь шесть штук, нужно принять сейчас две и через два часа еще две. Ну же, берите.

Кот устал и, даже когда его впервые в жизни взяли за шкирку, чтобы просунуть между прутьями решетки, не сопротивлялся и не протестовал. Покорно обмяк, свесив лапы и голову, и доктор скорее перехватил его поудобнее, прижал к себе и проверил сердце.