Трогать запрещено

А это жестокая месть, потому что взрослый мир не прощает таких вещей.

Губы начинают дрожать сильнее, с них срывается всхлип. Один, второй. Не глядя в сочувствующие глаза секретаря Галины, я хватаю свои документы. На ходу натягиваю пуховик, схваченный в гардеробе, и выбегаю из универа, ни с кем не прощаясь. Зачем? Уже завтра меня тут не будет. Уже через месяц, а может и раньше, одногруппники забудут, кто такая Юля Данилова и что в будущем она могла бы греметь на весь мир.

Прижимая к груди документы и ненавистную мне папку со снимками из клуба, проношусь по крыльцу.

Поскользнувшись на ступеньке, в последний момент вцепившись в перила, удерживаю себя на ногах. Документы вываливаются из рук, листы разлетаются. С губ срывается вой безнадежности!

Я подставляю лицо под холодный порыв ветра и стекаю, как желе, по перилам. Падаю задницей на грязную мокрую ступеньку, пачкая джинсы. Подтягиваю к груди колени, обнимая их руками и молча продолжаю плакать. В душе дыра. Оттуда только что вырвали с корнем мои мечты. Мне с собой не совладать. В одно мгновение второй раз за два года моя жизнь рухнула. На самое, самое дно!

Меня бьет крупная дрожь.

Сейчас я, как ежик в тумане: никакой связи с реальностью, никакой ориентации в пространстве. Полная потеря. Куда идти? В какой стороне общежитие? Что делать дальше? С чего начинать новую жизнь? Кому звонить? Что говорить? Ничего не понимаю! Сижу, словно сиротка у этих перил. Жалко и унизительно! Перед глазами размытая картинка серого Петербурга. Слякоть, сырость и снежные тучи.

Шмыгнув носом, вытираю рукавом глаза. В конце концов достаю телефон из кармана. Я должна позвонить и рассказать о случившемся Титову.

Делаю вдох-выдох, успокаиваясь. Еще не хватало позорно заикаться ему в трубку. Не сразу, но нахожу номер Дана в последних входящих. Заношу палец, нажимаю на вызов. В телефоне виснут гудки. Мысленно молю его ответить на звонок, чем быстрее, тем лучше. Мне плохо. Мне отчаянно требуется услышать его твердое и уверенное «Котенок». Господи, знал бы он только, как мне плохо!

Нет. Глухо. Выждав еще пару минут, сбрасываю и набираю снова. И опять та же история. Богдан не отвечает и даже не пишет смс, что занят, как он делает это обычно. К истерике примешивается скверное предчувствие, но набрать ему сообщение я не успеваю.

Слышу за спиной резкое и неприятное:

— Я бы повременила с этим звонком, малышка. Титов не любит несамостоятельных женщин. Или ты полагаешь, что он всю жизнь будет решать твои проблемы?

Подскочив от неожиданности, оборачиваюсь. От ее наглости мои глаза лезут на лоб.

— Поговорим? — прошивает насквозь ядовитый взгляд бывшей Титова. — Кажется, принцесса, мне есть, что тебе предложить… — кусает мою гордость победная улыбка блондинки.