Тротиловый эквивалент

В том маленьком домике, судя по информации, и проживал наш красавец. С двумя жёнами.

Петрушин развернул «УАЗ» носом к выезду: если вдруг что, запрыгнем и рванём по прямой, не надо будет тратить время на манёвры под огнём.

— К машине, — скомандовал Петрушин, покидая салон. — Полковник, Костя — справа. Лиза, Глебыч — слева... Мы с Васей — фронт. Пошли...

Мы рассредоточились по обеим сторонам от ворот, прикрытые сзади «УАЗом», Петрушин принялся застенчиво постукивать в калитку. Собаки не брехали — то ли просто отсутствовали вообще, то ли хозяева благоразумно закрыли их от греха подальше. Местные товарищи не всегда держат собак — у мусульман вообще это животное пользуется незаслуженным презрением. Но иногда встречаются. И зачастую не вовремя и очень большие — кавказские овчарки. Во время «зачисток» наши солдаты порой приговаривают этих благородных псин при первом же шаге по проверяемому подворью. И не из вредности, а по соображениям личной безопасности. Бывает, ломится толпа во двор, хозяева выпустят собак, а сами выходить не торопятся. Стоят у окон и с интересом наблюдают, как там всё получится.

Получается обычно совсем скверно. Укусы, кровь, короткая очередь, предсмертный вой... жалость к добросовестному защитнику хозяйского добра, как следствие — враждебная предвзятость по отношению к хозяевам. Перспектива даже казённо-вежливого обращения в таком случае автоматически отпадает. Потому что русские, в отличие от местных, к собакам относятся совсем иначе...

Вот так застенчиво постукивать можно было до бесконечности. Практика показывает, что в таких случаях двери по своей воле открывают редко. Нам же следовало торопиться: светлого времени оставалось всего ничего, а ещё надо возвратиться на базу.

— Да, — одобрительно кивнул Вася. — Думаю — да.

— Не думаю, — покачал головой Иванов. — Лишний шум... Может, через забор?

— А ручку поворачивать не пробовали? — спросила гуманная Лиза.

— Думаешь? — Петрушин взялся за ручку, повернул её и осторожно надавил на дверь...

И оказалось, точно — не заперто. И никаких тебе зловещих проволок — спутниц обычных в таких случаях растяжек. Вот новости!

— Так, — озабоченно буркнул Петрушин, бегло осмотрев видимый кусок двора.

— Ну-ка, сдали все назад. Глебыч, давай...

Глебыч тихонько просочился в калитку и замер, осматриваясь. Учитывая тот факт, что здесь некоторое время проживал сапёр маньяк, незапертая дверь и отсутствие хозяев могли свидетельствовать только об одном...

Дверь дома распахнулась, на пороге возникла бабка в платке и бараньем душегрее.

— Ушёл, ушёл! — крикнула бабка, махнув рукой. — Давно ушёл. Никто нет, уходи! Уходи!

За бабкиной спиной виднелись ещё несколько голов в платках — местные дамы.