Тротиловый эквивалент

Нерусская машина не доехала до костра метров тридцать, развернулась с широким радиусом с правой стороны, едва не придавив лежащего в «скрадке» Петрушина, и встала на грунтовке задом к переговорщикам.

— Выходить не буду, боюсь, — сказала рация голосом Сулеймана. — Идите вы ко мне, я тут один. У меня тут хорошо.

— Как же, боится он! — Иванов озабоченно нахмурился. — Нехорошо... если совсем не выйдет, это уже проблемы... Может, попробуем диктовать...

— Эй, вы идёте или нет? — возмутилась рация. — Не хотите дела делать, я сейчас уеду!

— Пошли, — Иванов решительно устремился к джипу. — Работаем по обстановке.

В машине действительно был один Сулейман. Пока наши шли, он перебрался на переднее сиденье рядом с водительским. В салоне тоже было чистенько, хорошо пахло дезодорантом, сиденья кожаные, новенькие, скрипят ещё, на ковриках — ни пылинки. Короче, удивительная комфортабельность для полевых условий.

Вблизи абрек был похож на медведя гризли. От его могучей фигуры явственно веяло чудовищной силой и какой-то разухабистой удалью.

— Мир вам, дети больной империи. Слева, слева заходите. Да ноги вытрите!

Точно, слева от джипа валялась баранья шкура — абрек специально выкинул.

— Отчаянный ты человек, Сулейман, — пробурчал Иванов, забираясь на заднее сиденье. — Совсем один?

— Остальные в кустах, — Сулейман хмыкнул и впился взглядом в Глебыча...

Костя тоже забрался на заднее сиденье, а сапёр остался снаружи и теперь мялся у гостеприимно распахнутой водительской двери.

— Мне за руль, что ли?

— Это доктор? — наконец, спросил Сулейман.

— Да, врач. Допрос под наркозом — без врача никак...

Костя вдруг почувствовал, что начинает краснеть... Глебыч! Не кто-то из лихой троицы, а именно Глебыч. Тогда, у брода, он ходил к «Ниве». Значит, те, кто снимал, сидели ниже по течению, а не перпендикулярно. Хотя сейчас было уже не важно, как они там сидели. Железный Сулейман, оказывается, тоже человек.

Нет, ни один мускул не дрогнул — тут надо отдать должное. Но глаза... Глаза абрека разве что не крикнули: «Ты опознано, животное!» — а так в полной мере передали все чувства узнавания.

— Рулить умеешь, доктор? — голос Сулеймана звучал ровно.

— Умею, — кивнул Глебыч. — Смотря куда рулить...

— Тогда садись. Ноги! Вон, шкура. Вот так... И дверь закрой.

Глебыч, несколько смущённый необычным приёмом, сел на водительское место и захлопнул дверь. Сулейман заблокировал двери и развернулся к компании. Теперь он сидел, прижавшись спиной к двери, от охальных снайперов с ВОП его прикрывал буфер: Костя — Иванов... Знаете, бывают такие затейники: посмотрят, куда объект сядет, и работают «на ощупь», вслепую — через корпус машины.