Тротиловый эквивалент

А есть ведь не просто затейники, а специалисты, которые для подобных случаев оснащены различной оптикой с тегоювизорными и прочими устройствами...

В общем, правильно сел. Не полез на самое удобное для контроля за гостями место — где сейчас устроился Иванов...

Сулейман зачем-то включил печку — под полом что-то явственно щёлкнуло, и ухмыльнулся в своей обычной манере.

— Ага, — отреагировал на щелчок Глебыч. — Активировал?

Сулейман покосился на Глебыча, затем вновь повернул голову к сидящим сзади... И посмотрел на них как-то по-новому. Как будто узнал об этих людях что-то важное.

— Ну вот. Теперь можно работать.

Да, теперь можно работать. А как? С улицы — тишина, весь салон под контролем, Иванов, который наполовину скрыт спинкой кресла, этой же спинкой надёжно заблокирован. И что там такое щёлкнуло?

— Смотрите, — Сулейман распахнул куртку и продемонстрировал «пояс» — металлические цилиндры, перепаянные кучей проводов, всё это хозяйство на стальной сетке, которую не сразу и разрежешь даже при наличии хороших инструментов.

— Ну как, нормально?

— Нормально, — кивнул Глебыч, с интересом уставившись на смертоносное приспособление. — Устройства активации не вижу. Значит — сигнал?

— В смысле? — не понял Иванов.

— Кольцо, кнопка, тумблер, контакт — нет ничего.

«Сволочь ты, Глебыч!» — захотелось крикнуть Косте. И чего лезет, спрашивается?

— Это точно доктор? — усомнился Сулейман.

— Это доктор сапёрного подразделения спецназа, — Костя решил задним числом хоть как-то поправить безнадёжность узнавания. — Он у нас на все мероприятия выезжает, где что-то может взорваться... Поэтому маленько разбирается...

— Понятно... Брата покажите.

— Барьер — Первому, — сказал Иванов в рацию.

— На приёме Барьер, — ответил командир уиновского спецназа.

В зеркала было видно, как из «рафика» вышел пленник с заведёнными за спину руками. Дистанция — более двухсот метров, лица не рассмотреть. Сулейман скрутил стекло со своей стороны и высунул голову в окно.

Костя шевельнулся и вопросительно посмотрел на Иванова. Может, хрен с ним, с сапёром? Сейчас можно было бы...

Полковник едва заметно качнул головой. Насчёт сапёра он, может, был и солидарен. Сейчас, когда выяснилось, что объект явно не собирается выходить из машины, появились иные приоритеты... Но щелчок под полом ему здорово не понравился — особенно вкупе с реакцией Глебыча на это странное явление.

— Скажи, пусть покажет, как он на коне, — попросил Сулейман.

— Как он на коне. Пусть передадут слово в слово.

Иванов продублировал просьбу в эфир. Барьер тоже сразу не понял, уточнил.

Потом пленнику разомкнули наручники, и он показал, как это, на коне. Ноги колесом, левая рука впереди, дёргается взад вперёд, а правая вверх и по обеим сторонам — хлесть, хлесть...