Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

Этот вопрос цесаревич пообещал уладить с государем.

Крейсер «Москва» тем временем прошел Мраморное море, и вскоре на горизонте показались минареты Константинополя. В Золотом Роге мы увидели серые силуэты кораблей нашей эскадры. Они встретили нас – победителей – пушечным салютом. С берега бабахнули и трофейные турецкие пушки. На пристани был уже выстроен почетный караул и духовой оркестр. Словом, встречали нас торжественно, и нельзя было сказать, что мы не заслужили подобной встречи.

Как говорят в народе – не было печали, да черти накачали. Только-только управился с текущими делами, решил немного отдохнуть, отоспаться – сказать по-честному, я уже позабыл, когда последний раз спал всю ночь без перерыва – как, вот тебе, бабушка, и Юрьев день! – пришло сообщение с крейсера «Москва»: побили, дескать, мы британцев-супостатов у входа в гавань Пирея, а теперь возвращаемся в Константинополь – встречайте!

И самое «веселое» на закуску – на крейсере следовал инкогнито сам наследник российского престола – цесаревич Александр Александрович!

Мой ангел-хранитель, старший лейтенант Бесоев, пару дней назад сбежал от меня на «Москву», чтобы воевать с британцами.

Так что отдуваться за всех мне пришлось одному. Спасибо, подсказали командиры кораблей, стоявших в Золотом Роге. Некоторые из них бывали в своем времени с официальными визитами в иностранных портах, знали военно-морской церемониал, и с их помощью я организовал достойную встречу «москвичам» – победителям. Правда, позднее мне сообщили, что чествовать победителей прилетит сам командующий эскадрой контр-адмирал Ларионов. Но как бы то ни было, а обеспечивать встречу прибывающих на «Москве» пришлось именно мне.

Дозорные у входа в Дарданеллы заранее сообщили о том, что «Москва» вошла в пролив и проследовала в Мраморное море. Прохождение крейсера мне подтвердили посты и на Принцевых островах. Когда, по моим расчетам, до прихода «Москвы» оставалось не более часа, я отдал команду зарядить турецкие пушки холостыми зарядами и выстроить почетный караул для торжественной встречи.

И вот на горизонте показалась «Москва». Загремели салютные пушки на кораблях эскадры, бабахнули орудия на берегу. Духовой оркестр заиграл прекрасный, до этого никогда еще мною не слышанный марш, от которого сжалось сердце.

Стоявший со мною рядом командир учебного судна «Перекоп» шепнул мне, что марш этот называется «Прощание славянки».

Крейсер ошвартовался у роскошной дворцовой набережной. С борта опустили парадный трап. По нему на берег сошли командир корабля, капитан 1-го ранга Остапенко и несколько морских и сухопутных офицеров. Среди них я увидел своих старых знакомых – старшего лейтенанта Бесоева и капитана Тамбовцева.