Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

Игорь с любопытством посмотрел на незнакомого ему офицера:

– Вот, познакомьтесь, – сказал я Александру Александровичу, – наши Ромео и Джульетта. Бандиты убили отца Мерседес, а наш богатырь спас ее от позора и, скорее всего, от мучительной смерти. Теперь они думают соединиться узами законного брака. Ведь так, Игорь?

– Точно так, Александр Васильевич! – выпрямился морпех. – Я обязательно женюсь на Мерседес, как только у нас всё окончательно определится.

Цесаревич кивнул и представился:

– Полковник Александров. Сержант, я очень рад за вас. – Потом он обратился по-французски к Мерседес: – Мадемуазель, хочу сказать вам, что вы сделаете правильный выбор, если отдадите руку и сердце этому человеку.

Поверьте, я знаю людей. С ним вы будете счастливы всю жизнь.

И наследник российского престола поцеловал ручку раскрасневшейся от смущения девушке. Потом цесаревич повернулся к Кукушкину и сказал:

– Берегите ее, молодой человек, девушка редкой красоты и чистоты души. А свадебный подарок – за мной. Вам его передаст уважаемый Александр Васильевич. – Попрощавшись с влюбленными, мы продолжили прогулку, беседуя о делах государственных.

Вчера мы с цесаревичем Александром Александровичем вернулись из нашего афинского вояжа. А сегодня в полдень меня и Антонову неожиданно вызвал к себе новый российский министр иностранных дел и свежеиспеченный граф Николай Павлович Игнатьев.

Он был взволнован. Честно говоря, таким мне его видеть еще не приходилось. Милейший Николай Павлович не стал тянуть кота за хвост. Сперва он рассказал нам о погромах российских торговых представительств и об убийствах и избиениях подданных Российской империи в Лондоне и других городах Британии, происходящих с негласного одобрения полиции.

А потом показал нам документы, полученные от военного агента в Лондоне генерала Горлова Александра Павловича, который сообщил о том, что британский премьер Дизраэли объявил что-то вроде «джихада» России и русским.

– Видите ли, господа, – начал граф Игнатьев, – лет двадцать назад и я был военным агентом на этом чертовом острове. Тогда мне удалось склонить к сотрудничеству одного клерка в Министерстве иностранных дел, который занимал в тот момент не очень высокий пост, но имел неплохие перспективы для карьерного роста.

После моего отъезда этот клерк продолжал сотрудничать с нами, время от времени сообщая нам весьма ценную информацию о планах и намерениях британского правительства. За это он получал неплохое вознаграждение. И вот от него, с соблюдением, естественно, всех мер секретности, Александр Павлович Горлов получил копию весьма любопытного документа. В нем содержатся наброски плана ведения тайной войны против Российской империи и Югороссии.