Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

А господин берет под козырек и представляется:

– Полковник Жданов Владимир Петрович, Десятый Одесский уланский полк, господа. Позвольте узнать, с кем имею честь?

«М-да, – думаю я про себя, – так вот ты какой, “голубой улан”. Надеюсь, хоть дело свое ты знаешь». А вслух, как-то параллельно, прикладываю руку к козырьку защитного кепи:

– Капитан морской пехоты Рагуленко Сергей Александрович. – А сам, пока Давыдков представляется, думаю: «Наверное, мы кажемся ему такими же дикими, как и он нам. Наша форма отдаленно похожа на ту, что носит сейчас местная пехота, но только отдаленно.

Сходство разве что в головных уборах. Ну какой дурак решил ввести в русской армии в качестве головного убора кепи? Наверное, во всем виноваты ветры либерализма, которые занесли к нам эту заразу. Правда, фуражка при полевой офицерской форме – тоже дурь невероятная. Если надо надеть каску, то непонятно, что делать с фуражкой. Под погон ее не засунешь, и поверх нее каску не наденешь. И, кроме того, сразу подсказка снайперу или разведчику – вот он херр официр».

Вот так мысли и мечутся у меня в голове, когда мы разглядываем друг друга.

Полковник с одной стороны и капитан с поручиком – с другой. Только вот полковник той армии, что в эту войну ничего героического совершить еще не успела, зато «косяков», особенно на Кавказе, успела упороть предостаточно. Достаточно вспомнить только Баязет, где наши бомбовым ударом спасли кучу народа, и помощь наших кораблей в подавлении мятежа в Абхазии. После того, как корабельная артиллерия превратила турецкий десант в форшмак с яйцами, седобородые старейшины наперегонки помчались изъявлять покорность и клясться в верности Белому царю. Знают ведь, суки, что ничего им не будет, даже не выпорют. Царь у нас, точнее у них, хоть и настоящий, но добрый. Временами даже слишком.

Ну да ладно, не об этом сейчас речь. Наши подвиги, по местным понятиям, действительно зашкаливают, и полковнику очень неудобно, что нас, по местной классификации, обер-офицеров, не подчинили ему для выполнения задачи, а поставили как равных партнеров для взаимодействия. Ну что ж поделаешь, у нас главнокомандующий всея сухопутными силами тоже всего лишь полковник, Бережной Вячеслав Николаевич.

А верховная власть носит звание контр-адмирала, что по табелю о рангах приравнивается к армейскому генерал-майору.

Полковник Жданов первым прерывает затянувшуюся паузу:

– Ну что же, господа, приятно познакомиться, надеюсь, что наше боевое содружество будет плодотворным.

Мы, конечно, тоже надеемся и жмем ему руку. Но хрен его знает, что там будет в этом Египте. Египтяне, они и в наше время не по-детски чудили на ровном месте. Ну а сейчас они вообще еще дикие. Наши начальники надеются договориться с хедивом.