Жестокие игры в любовь

— Не знаю. Никак.

— Ой да ладно! — засмеялись обе. — Он же у нас такой красавчик. Что, скажешь, нет?

— Наверное, — пожала плечами Мика.

— За ним девки видела как бегают? Но Рогозина, не Тиша, она к нему никого и близко не подпускает.

— Ага, цербер, — хихикнула Альбина.

— Тиша? Вера Тихонова? А при чём тут она? — не поняла Мика. — Как мне показалось, она, наоборот, его недолюбливает.

— Ага, недолюбливает, — хмыкнула Света. — Сонька же отбила Колесникова у Тихоновой. Не знала? Что, никто не поведал ещё? Так вот, они раньше типа встречались. В прошлом году.

— Ой, да какой там встречались? — скривилась Альбина. — Три раза по району прошвырнулись под ручку и всё.

— Ну я и говорю — типа. Он с ней так просто ходил, а Тиша сразу решила, что у них там всё серьёзно. Вот теперь и молча ненавидит обоих. А когда думает, что никто её не видит, смотрит на него как больная собака.

Света состроила молящую, мученическую гримасу. И девчонки захохотали.

Мика поспешно подхватила полупустую тарелку и поднялась из-за стола. Потешаться над чужой драмой ей уж точно не хотелось.

Забавно, но вечером того же дня Лёша Ивлев, зайдя к ним на чай, спросил её почти то же самое:

— Ну как тебе у нас? Никто не обижает?

— Да ничего, жаловаться не на что, — честно ответила Мика.

— Видел, ты с девчонками сегодня общалась…

— Да, немного.

— Ну и как? Ни с кем ещё не подружилась?

— Нет пока.

— А Женька как тебе? Колесников?

Такой вопрос из уст Лёши её удивил, но она честно задумалась. Как он ей? Он и до разговора в столовой не особо ей нравился, а теперь так вообще вызывал жгучее отторжение. Павлин, которому в радость наблюдать, как из-за него страдают девчонки. Бросил одну и хватает наглости обжиматься у неё на глазах с другой. Нет, Мика таких терпеть не могла. Но этот Колесников был другом Лёши, а Лёша — её друг, поэтому она замялась, осторожно подбирая слова, чтобы его ненароком не обидеть.

— Ну так… Я вижу, что он у вас популярен, но… в общем, Лёш, в число его поклонниц я не вхожу.

Лёша неожиданно рассмеялся.

— Слышал бы он… Это был бы жестокий удар по его самолюбию.

9

И месяца не прошло, а Мика вполне себе освоилась в новой школе. Привыкла и к здешним нравам, и к новым одноклассникам. Всё и правда оказалось не так страшно, зря переживала. Мику приняли вполне дружелюбно, хотя в этом, скорее, заслуга Лёши Ивлева.

Первую неделю-полторы он ни на шаг от неё не отходил. Следил, как бы кто не обидел его соседку, водил её из кабинета в кабинет, чтобы не потерялась в лабиринте коридоров, провожал из школы домой, даже когда самому надо было остаться после уроков на секцию баскетбола. Потом просто бегом мчался назад — Мика видела из окна.

Другие парни тоже отнеслись к ней с теплом и вниманием. Порой из кожи вон лезли лишь затем, чтобы она им улыбнулась.