Убить волка (СИ)

Он медленно чеканил каждое слово:

— Ах ты! А ну повтори!

Гу Юнь уже выразил свою позицию, но также понимал, что не стоит чрезмерно сердить Императора. Поэтому маршал пошел на попятную:

— Ваш подданный заслуживает смерти.

Ли Фэн был бледен как смерть. Он нервно крутил на пальце белое яшмовое кольцо.

— Когда дело касается Шелкового пути, стоит дернуть за одну ниточку и все рухнет [2]. Прошу Ваше Величество тщательно все обдумать.

Ли Фэн мрачно спросил:

— Аньдинхоу полагает, что в случае, если с ним что-то случится, Императору не на кого будет положиться?

Раз уж об этом зашла речь, то продолжение беседы лишь приведет к новой ссоре.

Гу Юнь предпочел придержать язык, притворившись мертвым.

Вдруг в комнату быстрым шагом вошел Чжу-кopотенькие-ножки. Евнух напоминал актера, исполняющего роль старухи: когда он что-то тихо докладывал Императору, его голос то гудел, то жужжал.

— Ваше Величество, князь Го прибыл и снаружи ожидает высочайшего распоряжения...

Обычно, когда Император гневался, то дворцовые слуги убеждали всех приходивших к нему посетителей немного подождать снаружи.

Чжу-кopотенькие-ножки намеренно вмешался в разговор, чтобы выручить маршала из затруднительного положения. Гу Юнь посмотрел в его сторону и подмигнул, выказывая благодарность.

У Ли Фэна дернулся глаз, несколько сердитых морщин прорезали его лицо. Он взглянул сверху-вниз на Гу Юня и холодно произнес:

— Аньдинхоу следует немного остыть во дворе, чтобы дым из головы выветрился, и подумать над тем, что стоит, а что не стоит говорить перед лицом своего Императора!

— Ваше Величество, позаботьтесь о себе.

Произнеся это, он поклонился и, покинув зимнюю комнату, опустился на колени прямо в снег во дворе, буквально восприняв приказ «остыть».

Ли Фэн пристально смотрел ему вслед. Вошедший императорский дядя князь Го боялся лишний раз вздохнуть и молча стоял в стороне и ждал. Ничего не подозревавший молодой придворный евнух едва шагнул вперед, намереваясь убрать разбитую вдребезги тушницу, которую Император швырнул в Аньдинхоу, когда евнух Чжу-кopотенькие-ножки быстро пресек его попытку. Слуга замер и после небольшой заминки молча скрылся.

Князь Го оценивающе посмотрел на выражение лица Императора и, понизив голос, предложил:

— Ваше Величество, Аньдинхоу еще молод и амбициозен.

Более того, он долго вел дикий образ жизни бок о бок с грубыми вояками на границе. Порой некоторое нарушение субординации неизбежно, Вашему Величеству ни к чему гневаться ради своей следующей жизни.

Ли Фэн долгое время молчал.

Когда Император Юань Хэ пожаловал своему старшему сыну титул Наследного принца, тот славился усердием; в то же время он обладал острым умом.