Убить волка (СИ)

Ситуация на поле боя меняется молниеносно, пяти или шести дней может быть достаточно, чтобы погубить страну...

Гу Юнь сжал зубы. Ух, вот надо же им было выбрать момент, когда он не может выбраться из столицы!

— Лучше сначала отдохни, — прошептал Гу Юнь. — Дай мне немного подумать.

Черный Орел не осмелился ему перечить и послушно удалился.

Подогрев себе бутылку вина, Гу Юнь нарезал круги по комнате. В маленьком помещении его голова немного прояснилась, и он подумал: «Возможно, удастся избежать беды».

Его отстранили от командования, а Шэнь И был далеко. В данный момент северо-западной фракцией Черного Железного Лагеря управлял Хэ Жунхуэй, командир Черных Орлов.

Гу Юнь прекрасно помнил скверный характер Хэ Жунхуэя. Все знали, как трудно с ним вести дела. Не он один так считал, Шэнь И тоже на дух не переносил командира Черных Орлов. Ясно как день, что Хэ Жунхуэй не будет считаться со словами северо-западного командующего. А если Мэн Пэнфэй попытается продемонстрировать свою власть над гарнизоном, ссылаясь на указ «Цзигу Лин», то Хэ Жунхуэй этого не потерпит, и кто знает... возможно, даже отстранит командующего Мэна.

И как тогда будут развиваться события?

Внезапно раздался стук в дверь. Гу Юнь распахнул ее и обнаружил стоявшего за ней Чан Гэна.

Рука его так и застыла на ручке створчатой двери. При виде Чан Гэна его успокоившееся было сердце снова ускорило ход, живот скрутило узлом:

— Что ты здесь делаешь?

— Я подумал, что могу быть полезен ифу.

Стоявший в дверях Чан Гэн спросил:

Спросив разрешения, он развернулся вполоборота, готовясь удалиться. Будто стоит Гу Юню приказать, и он немедля подчинится и растворится в воздухе.

Гу Юнь про себя подумал: «Должно быть, я задолжал этому мелкому паршивцу в прошлой жизни гору золота».

После чего ему ничего не оставалось, кроме как позволить мелкому паршивцу зайти в комнату.

Гу Юнь настолько глубоко задумался, что случайно забыл о греющейся на печке бутылке вина. Теперь в комнате сильно пахло алкоголем. Пытаясь завязать разговор, Гу Юнь взял в руки бутылку вина и спросил Чан Гэна:

Чан Гэн проигнорировал его предложение и, налив себе холодной воды, уселся рядом с шахматной игральной доской. Оставалось только обрить голову, и вот он уже прекрасный таинственный монах, далекий от мира смертных буддийский наставник.

— Черный Орел не стал бы без причины среди ночи из северо-западного лагеря скакать в столицу. Что-то случилось на границе?

Гу Юнь не хотел раскрывать перед ним карты, поэтому уклончиво ответил:

— Незначительный инцидент. Сущая безделица.

Его личный авторитет в армии был чрезвычайно высок. Благодаря этому Гу Юню не приходилось повторять дважды, его способности управлять армией и достигнутые им результаты поражали.