Убить волка (СИ)

Император заверил своего подданного, что как только Аньдинхоу поправится и вернется во дворец, то ему будет возвращена маршальская печать.

После полудня Ли Фэн где-то раздобыл книгу, которую читал в юности, и оттуда выпал исписанный листок с каллиграфией. Если сравнивать с письмом, лежавшим на его столе, то по некоторым штрихам и недостаточному нажиму становилось заметно, что писал его более наивный молодой человек, тем не менее обладающий силой нажима,, которую можно было заметить в изгибах каждого символа. Уже тогда можно было увидеть в том почерке сильный и твердый характер.

Ли Фэн пристально рассматривал листок, а затем с легким изумлением спросил Чжу-кopотенькие-ножки:

— Знаешь, кто это написал?

Чжу-кopотенькие-ножки прикинулся дурачком и, сделав вид, что не знает, о чем идет речь, ответил ему:

— Это... Ваш старый слуга ничего не смыслит в искусстве письма, но раз Ваше Величество сохранили эту каллиграфию, значит, она принадлежит кисти известного мастера?

— Твои речи такие складные... Но эта каллиграфия действительно принадлежит кисти известного мастера — дяди Шилю.

Ли Фэн осторожно положил листок на стол, разгладив его при помощи пресс-папье.

— В юности мы неохотно занимались каллиграфией и получили за это выговор от нашего сиятельного отца. Когда дядя узнал об этом, то потратил всю ночь, чтобы подготовить для нас прописи...

Тогда зрение Гу Юня уже оставляло желать лучшего, а по ночам еще сильнее ухудшалось. Он ничего не видел без люли цзин. К утру после целой ночи усердной работы его глаза покраснели, как у кролика, показывая, насколько ответственно он подошел к своей задаче.

Ли Фэн продолжил рассказ о былых днях, в голосе его прорезалась ностальгия:

— В детстве дядя был крайне замкнутым и не любил общаться с людьми. Какой разительный контраст с тем, кем он потом стал. Кстати, а где он сейчас?

— Я слышал, что он отдыхает на горячих источниках на севере столицы.

Ли Фэн не сдержал смешок:

— И правда отправился поразвлечься? Хотя неважно... Во дворец недавно доставили тюки чая "Весна в Цзяннани" [5]. Распорядись послать и ему немного. Когда он вернется, передай ему наше повеление создать каллиграфию для нашего северного загородного дворца.

Чжу-кopотенькие-ножки не нужно было повторять дважды.

Во второй половине дня из оборонительного гарнизона Северного Синьцзяна, расположенного за восемьсот ли от столицы, пришло донесение, что на границе замечена необычная активность противника, а Черный Железный Лагерь отказался подчиняться указу «Цзигу Лин» и взял под стражу Северо-Западного командующего, и так далее.

Императору Лунаню это напомнило о былых временах.