Убить волка (СИ)

Чан Гэн понизил голос:

— Аньдинхоу не привел с собой ни одного слугу, и, к тому же, проделал долгий путь до этого забытого городка на отшибе. Очевидно, что эти происки оказались весьма утомительны!

В порыве гнева ему хватило смелости произнести еще лишнее обидное слово в отношение Шилю. До смерти мучившие Чан Гэна издевательские слова наконец вырвались из его горла, и ладони, сжимавшие поводья, побелели.

"Настолько рассержен, что больше меня не признает", - обеспокоенно подумал Гу Юнь. - "И что мне теперь делать?"

Гу Юнь всегда мастерски разжигал пламя раздора, и ему было совершенно неважно, кого коснется это пламя. К тому же, он не очень хорошо разбирался в том, как потушить этот пожар. Каждый раз, когда он все-таки пытался помириться, никто не мог понять, почему ситуация не улучшалась, а только накалялась до немыслимых пределов.

Гу Юнь смягчил голос и терпеливо объяснил:

— Согласно военному уставу я не мог раскрыть свою личность Вашему Высочеству до сих пор. Я действительно оскорбил вас. Также оскорбил и тем, что прежде много раз использовал маленького принца... Я надеюсь, что по возвращении вы не расскажете Императору...

Он не успел закончить, как вдруг со стены закричал Гэ Пансяо:

Никто не знал, когда варвар, погребенный под завалами, внезапно включил силовую установку металлических поножей и, занося меч над головой, с яростным ревом бросился за спину Гу Юня.

Сидевший на лошади Чан Гэн увидел это. В один миг вся его боль и обида испарились. В отчаянии он бросился вперед и вытянул руки в попытке остановить меч варвара, заслоняя Гу Юня:

Из защитных поножей Гу Юня вырвались клубы белого пара. Легкая броня все-таки значительно отличалась от тяжелых доспехов. В таком обмундировании самое незначительное движение может заставить почувствовать себя подобно птице. Гу Юнь в мгновение ока оседлал коня. Чан Гэн почувствовал на своей талии объятия крепких рук, его спина врезалась в тонкий слой легкой брони Гу Юня, и перед глазами взметнулась черная тень.

Лезвия внутри Гэфэнженя, зажатого в свободной руке Гу Юня, еще не были выпущены - оружие держало форму гладкого и черного железного прута. Но острый наконечник с разящей точностью уже погрузился в плечо тяжелой брони нападавшего. Механизм на плече брони тут же замер. Железная рука варвара издала пронзительный шум и тут же замерла: длинный меч повис в воздухе.

Между лезвием и лбом Гу Юня было менее трех цюнь. [5]

Тот даже не моргнул.

Гу Юнь пришпорил коня. Тот громко заржал и встал на дыбы. Рука с талии Чан Гэна медленно двинулась выше, пока не легла на глаза мальчика. Из железного наконечника Гэфэнженя моментально вырвались смертоносные лезвия. Лошадь стремительно бросилась вперед, и из оружия с характерным хлопком вырвались струи пара.