Ученица Хозяина Топи (СИ)

А взгляд плутоватый, но добрый. Не чуяла сейчас Весенья в нем опасности.

— Ладно, — выдохнула нехотя. Полоз улыбнулся тотчас, выпрямился. На щеках от той улыбки ямочки заиграли. Не сдержавшись от такого лица светлого, ведунья и сама намеком на улыбку дрогнула.

— Пройти дозволишь? — снова вопрос осторожный, словно отказа боится.

Веська задумалась, боязно со змием то один на один оставаться. Чтоб ни говорил, а кольца его хвоста на себе помнила хорошо.

— Лесьяра нет, — покачала головой, — а здесь не хозяйка, что пускать.

— Брось, Весеньюшка, позволь мне вину перед тобой загладить.

Вот увидишь, я добрый малый, не обижу, коли пустишь, вот те крест, — и по ключице когтем провел крест накрест кожу расчертив. Символ светом налился, да в кожу впечатался меткой. Знать, не нарушит.

Веша губы покусала, но посторонилась, пуская того внутрь и надеясь, что не пожалеет о том после. Арьян же, не дожидаясь, когда зазноба его передумает, поспешил в башню.

«Не пущу, так ведь не отстанет теперь, коли даже мету на себя наложить догадался», — подумала про себя.

Каждый знал, что коли нечистый меткой поклялся, то уж не нарушит.

На кухню прошли, полоз по свойски за столом устроился точно на том месте, где и первый раз восседал. Вешка же, хорошая хозяйка, ему взвара в кружку налила, медом приправила, да на стол пред гостем дорогим поставила.

— Как твоя учеба? — спросил учтиво, взвар отпивая, — Лесьяр наш не шибко усердствует?

— Все в порядке, — помотала головой. А сама не садится, стоит с той стороны у стола, поясницей в шкафчик со столешней упираясь.

Арьян точно чуял ее настрой, но не спешил с расспросами приставать, позволяя девушке чуть привыкнуть к своему обществу.

— А здесь куда лучше стало, — обвел взглядом кухню, — чувствуется, что женская ручка появилась.

— За похвалу спасибо, — и правда приятно было, что работу ее оценили. Да только все ж настороже оставалась.

— Хозяин то куда смылся на этот раз? — глянул как-то при том, Вешке не понравилось, а быть может и показалось…

— Того мне знать не велено, — солгала и глазом не моргнула. А сама и не знает зачем, Арьян то про камень знает.

Но что-то подсказывало, что так правильней будет.

— Это что ж он, одну тебя бросил и даже не сказал, куда и на сколько отправился?

— А я не любопытная, — фыркнула в ответ, — надо, значит, коли отлучился. Я в его дела не лезу.

— И про камень, стало быть, он тебе не рассказывал? — разговор все более странным выходил. Не ясно, правда, где подвох.

— Про камень? — переспросила, снова за кружкой взвара прячась. Ладони вот уж липкими стали.