Ученица Хозяина Топи (СИ)

Повернулся к девицам, ждущим его у ступы, да с таким выражением, что Весенья с Анисьей переглянулись опасливо. — Я кое-что придумал.

Анисье на сборы дали пару часов. Лесьяр все то время где-то пропадал, оставив их в доме одних, да запечатав оный от нежданных гостей.

— Мало ли кто решит сунуться, — пояснил перед уходом.

Весенья помогала немке со сборами, сворачивала одежду в раскрытый сундук. Девушка была не шибко богата, но все ж дом покидая, много чего забрать захочешь.

— Ты не переживай, Лесьяр сказал, что дом твой запечатает, никто на него не покусится. Так что коли что забудешь, вестника пришлешь, поможет забрать или я помогу.

Позади шмыгнуло, Вешка обернулась и успела заметить, как Анисья быстренько лицо утерла.

— Ну ты чего? — подошла к той Веша, за плечи приобнимая. Немка только отвернулась, не желая лицо свое показывать. — Ничего дурного уже с тобой не случится, — попыталась успокоить ведунья, — Хозяин о том позаботится.

Девушка повернулась к ней, глядя недоверчиво, да с явным сомнением. А после, словно вспомнив о чем, поспешила к полке, на коих пара старых книжек лежала. Одна из них — со сказками, совсем потрепанная была.

— О, так ты читать умеешь? — удивилась Вешка, но немка лишь головой помотала, стыдливо глаза пряча. Распахнула книжку, а там что ни страница — картинка красочная, каждая деталька с таким усердием прорисована, что диву даешься. Раскрыла ту Анисья почти на середине, да к Весенье повернула. А на картинке той двое изображены были — девица поникшая, руки безвольно вдоль тела висят, лица за волосами темными не видать, а за плечи ее чудище держит, не то мужчина, не то болотник какой — кожа серая, сам огромный, вдвое больше девицы, волосы длинные, черные, как у Лесьяра, среди них поганки растут, а глаза алым сверкают.

Склонившись, впился тот зубами острыми в шею девицы, от чего по плечу белому алые капли бегут, стекают по коже брусничным соком.

Вешка и так и этак на картинку поглядела, голову из стороны в сторону наклоняя.

— Про Хозяина Топи сказка? — догадалась Весенья. Анисья кивнула только, снова ведунье в глаза заглядывая, а после той на шею поглядела и себе по плечу рукой провела, снова на книжку показывая.

— Ты что же, решила, что он кровь мою пьет и твою станет? — Вешка даже руками всплеснула, не зная, то ли смеяться, то ли плакать.

Сама ж еще недавно так же о нем думала, не знала каким слухам верить. Да только сейчас ее другое озаботило, — да еще и согласилась с ним отправиться, такое в мыслях имея?

Вот уж не подумала Весенья, что бывают люди такие, на все согласные. Да только в потупленном вновь взгляде Анисьи такое смирение читалось, обреченное почти. — Ты это давай заканчивай, — снова взяла немку за руку, — не дело это, позволять людям обращаться с тобой, как им хочется.