Удержаться на краю

Как бы ни складывались их с сестрой отношения, это, по большому счету, не важно, потому что они были. И сестра была. А между ними – мама, и опять же не важно, что она оказалась жутким монстром из страшной сказки. Люба помнила ее веселой и ласковой. У них были кукольные чаепития, прогулки в парк, и папа тогда тоже был веселым и очень любил своих дочек. Но когда не стало мамы, то папы словно тоже, они с Надей остались друг у друга в опустевшем доме, где сновала бабушка, безуспешно пытаясь вернуть прежний свет. Но отец отстранился от всего, и они с Надей научились жить в этом доме, враз ставшем просто кирпичной коробкой.

Пока жизнь не развела их по разные стороны.

Но даже вот так они были друг у друга. Люба вспомнила портрет, который забрала из Надиной мастерской, – сестра думала о ней, раз уж написала его. А теперь ее нет.

– Ничего, дядя Андрей, я в порядке. – Кулачок Любы сжат так, что костяшки побелели. – Ничего. Я должна вам объяснить. Папа вовсе не плохой и не какой-то там дурак, просто иногда он не хочет разобраться в ситуации, он… ну, принимает ту версию, которая ему удобнее.

Вот надоели ему тогда эти скандалы, а Татьяна говорит: дочери взрослые, с какой радости ты их содержишь, пусть идут на вольные хлеба и живут своей жизнью. Папа не возразил, ему хотелось покоя, даже такой ценой, и она устроила, как захотела: просто выбросила нас из дома, и все. Ну, дом-то был хороший…

– Был? – Бережной силился вспомнить адрес сестры, но на ум ничего не приходило. – А что с ним?

– О, это забавная история. – Люба отпила остывший чай, собираясь с мыслями. – Когда умерла бабушка, то оказалось, что она составила завещание.

Дело в том, что папа оформил этот дом на нее, так ему было нужно. Ну, в случае неприятностей в бизнесе… В общем, по документам владелицей дома была бабушка. И она сделала смешную вещь – составила завещание на нас с Надей.

– Ну, вот такой смысл: дом отходил нам с Надей, в равных частях. Отец в завещании упомянут не был. – Люба усмехнулась: – Думаю, это месть Татьяне, бабушка ведь не была волшебной феей, у нее имелся характер, просто, чтоб об этот характер споткнуться, нужно было сильно ее достать, и Татьяне это удалось. Она же наш дом превратила в памятник безвкусице, его оставалось после этого только сжечь.

Но мы его просто продали – после года судов.

– Ну да. – Люба вздохнула, ей неловко рассказывать эту историю. – Когда стало известно о завещании, папа подал в суд, чтобы признать его недействительным. Я… Мы с Женькой тогда жили в маленькой гостинке, которую нам на свадьбу подарили родственники. Они скинулись и купили нам крошечную квартирку, в которой было все – кухня, ванная, даже прихожая, просто все очень небольшое.