Удержаться на краю

Ты передо мной ни в чем не виновата, как и Надя, и с моей стороны было эгоистично и недостойно выбросить вас обеих из своей жизни. А ведь если бы я так не сделал, то Надя, возможно, была бы сейчас жива.

– Нет, – Люба покачала головой. – Надя свой путь выбрала сама уже давно, и она шла по нему, никуда не сворачивая, не слушая никаких доводов, ей это просто было не нужно, она хотела так жить, ее все устраивало. Так что ты напрасно себя казнишь. А я… ну, я понимаю, что…

Дверь открылась, и в комнату заглянула секретарша:

– Андрей Михайлович, подполковник Реутов приехал.

 – Она вдруг хихикнула. – Извините, там какие-то ваши родственники, Рудницкие, что ли, и он сказал…

– В кабинете номер три. – Секретарша многозначительно округлила глаза: – Реутов сказал, вам надо это увидеть.

Люба вскочила, Бережной вышел из-за стола, и они вместе вышли в приемную, а потом пересекли коридор.

Бережной вошел в небольшую дверь, за которой оказался еще один коридор, довольно тесный.

– Если есть необходимость записать допрос или разговор, вот отсюда съемка и ведется. – Бережной взял Любу за руку. – Ага, пришли, теперь тихо.

Он открыл еще одну дверь, и они оказались перед стеклянной панелью.

– Они нас не видят и не слышат.

Люба вздрогнула – прямо перед ней сидит отец. Раскрасневшийся, возбужденный, он тяжело дышит, и ей становится жаль его. Если бы не стекло, Люба могла бы дотянуться до него рукой, – но разделяет их не только оно.

Отец сильно постарел с тех пор, как они виделись в последний раз. Что он здесь делает и почему у него за спиной стоит полицейский? А за столом сидит его жена, отчего-то растрепанная, в изодранной одежде, под глазом уже начинает наливаться синяк, нос и губы опухли.

Напротив расположился следователь – жена отца что-то говорит, всхлипывая, а он записывает и участливо кивает. Рядом с ней стоит женщина-полицейский.

– Тихо, Люба, сейчас поймем.

Бережной нажал на какую-то кнопку, и в помещение ворвались звуки.

– Тогда он набросился на меня и стал рвать одежду. – Жена отца всхлипнула, а отец возмущенно вскрикнул, но полицейский удержал его. – Я испугалась, хотела убежать, но он вдруг ударил меня, потом схватил за волосы, я начала кричать, а он бил меня, бил, а когда услышал, что кто-то бежит, то оттолкнул, и я упала на пол.

Отцовская жена заплакала, и тот снова сделал попытку подойти к ней.

– То есть вы подтверждаете, что офицер полиции, подполковник Реутов, пытался вас изнасиловать?

– Он напал на меня, когда я отказалась… вступить с ним в… ну, в связь… и он словно взбесился.

– Конечно, я понимаю, что2 это мое слово против его, но есть свидетели.

– Которые просто услышали крики.

– Довольно! – отец стукнул кулаком по столу.