Укрощение дракона

Как объяснить, что у меня прикус был неправильный, да еще ему — такому идеальному красавцу-дракону-огнеборцу-элите-всего-общества, и я ляпнула:

Он в недоумении почесал затылок:

— Э-э… Мода такая у нас. Ну, тоже для красоты…

— А волосы странного цвета?

— Ну-у, как бы тебе сказать, — вздохнула я. — Как бы тоже… для красоты… Надо было только недельку подождать…

У Иррандо отвисла челюсть.

— А вторые выпуклые глаза? — еще тише спросил мой огнеборец. — Тоже… для красоты?

— Нет. Это чтобы лучше тебя видеть, — ляпнула я и не удержалась от смеха, глядя, как округляются глаза Иррандо.

— Ты смеешься надо мной?

— В вашем мире все тоже очень странно, — пробормотал он наконец. — Особенно понятия красоты.

Ну что было ему ответить? Что я была уродом, а сейчас очень даже ничего благодаря Альказаэдру? И я просто подмигнула и взмахнула руками:

— Зато теперь я умею летать! То есть могу… Одна-единственная из всех женщин Дриэрры. Круто, да?

— Ага… — Он еще был в шоке. Ну и что, я тоже!

— Только как не падать вверх ногами? — задорно спросила я.

— Надо поймать воздушный поток.

— Научишь? Догоняй! — И, оттолкнувшись со всей силы ногами от земли, я нырнула в воздух.

Иррандо, конечно, хотелось остаться здесь, в Лиоррской Айне, и день, и два, и больше. Наедине с Аней, и чтобы больше никого! Как же легко ему было сейчас! С ней…

Его Анрита выделывала в воздухе такие кренделя, что он уже устал хохотать. И, удивляясь самому себе, почувствовал благодарность Оку за то, что выбрало именно ее! Решил, что принесет на алтарь в храм самые красивые цветы и ценные дары — ведь Великое Око подарило ему чудо, о котором он и подумать не мог! Да еще и сопротивлялся! Глупец…

Ей не было равных. Разве могла самая прекрасная и воспитанная леди Дриэрры сводить с ума поцелуями, а в следующую секунду корчить рожи и выдавать что-то умопомрачительно смешное и оригинальное? Да такое, что он смотрел на привычный мир новыми глазами и замечал необыкновенности и чудеса. Вместе с Анритой! Способной удивляться, радоваться, смеяться заразительно, быть сообразительной, задорной и при этом настолько красивой, что его волновал каждый сантиметр ее тела! Взмах ресниц, движение пальца, падающие на плечи волосы, розовое на просвет ушко…

В избраннице Ока не было, пожалуй, ничего, что не восхищало бы его ежесекундно. Если не считать, конечно, разбойничьего языка.

Иррандо был благодарен. И счастлив. Ему хотелось остаться здесь, в Лиоррской Айне, чтобы не висела за спиной опасность от Маркатарров, которым в это магическое и светлое в любое время суток место путь был заказан. Сюда и обычному дриэррцу было не попасть.

Отец бывал здесь, вспомнил Иррандо. Мама не единожды рассказывала об этом, словно сказку на ночь.