Усмиритель душ (СИ)

— Через пятнадцать лет после моей смерти разразилась новая гражданская война. Бывшие рабы обратились друг против друга, и потерь было ещё больше, чем прежде. Долину заполонили трупы, рядом с которыми рыдали окровавленные дети. Стервятники кружили в воздухе, не решаясь спуститься… Потому что Сан Цзань привёл всех, кто остался в живых, к Столпу Природы, и их всех поглотил огонь; оказавшись со всех сторон окружённым пламенем, Сан Цзань склонился над каменной табличкой. Все имена, что были стёрты с неё, снова были высечены в камне. А пламя… Оно горело долго, очень долго, пока не выжгло долину целиком.

И Столп Природы возвышался над ней, словно напоминание о нашем позоре…

Десять тысяч душ не стали бы кричать без веской на то причины.

Грубо прервав её трагический рассказ, Чжао Юньлань потёр ладони между собой.

— Хватит о прошлом. Давай обсудим нашу стратегию.

Палач Душ промолчал. Ван Чжэн собиралась было что-то сказать, но Юньлань бросил на неё гневный взгляд:

— Молчать. Не тебя спрашиваю.

— Столп Природы подавляет души. Не только несправедливо погибшие, но и все остальные: любая душа в этом заключении в конце концов возжелает мести, — негромко произнёс Палач Душ и ровно добавил: — Вариантов у нас немного: уничтожить Столп или силой запечатать запертые в нём души.

— Ваша Честь, — удивлённо моргнула Ван Чжэн, — что вы имеете в виду?

— Он имеет в виду, что если Столп нам не по зубам, ему придётся вручную расправиться с пленными душами. Расколотить их все на мелкие осколки.

Ван Чжэн зажала рот рукой.

— Казнь без должных оснований несправедлива, — покачал головой Палач Душ.

Значит, выбора не было.

Воцарилось молчание.

Чжао Юньлань, сидя на земле, долго смотрел на пляшущий огонёк зажигалки, а потом вдруг заговорил:

— Я вспомнил: по пути наверх мы встретили стража преисподней с бумажным фонарём.

На дороге, ведущей к Речной Деревне. Разве он мог просто так пройти мимо Столпа, словно ничего не произошло?

— Он вёл за собой сотни душ, — отозвался Палач Душ, — а это занятие, требующее предельного внимания.

Чжао Юньлань бросил на него подозрительный взгляд, но приберёг свои сомнения на потом.

— Четыре реликвии были потеряны так давно… Ваша Честь, почему сейчас? К солнечным часам нас привёл случай, но в этот раз.

.. Вы ведь появились здесь не случайно?

Осознав свою ошибку, Палач Душ не нашёлся с ответом: его собеседник был слишком умён. Может, Юньлань и выглядел легкомысленным дурачком, но за этим ярким фасадом прятался недремлющий острый ум. Который в любой истории с лёгкостью мог нащупать несостыковки.

Почуяв слабину, Юньлань надавил сильнее:

— У вас рукава в крови, Ваша Честь. А я вот никогда раньше не слышал о призрачных зверях, явившихся за солнечными часами. И преисподняя загадочно молчит.