Усмиритель душ (СИ)

Это был костяной свисток, созданный, чтобы управлять зомби, что само по себе считалось страшным неуважением к мёртвым, а потому напрямую относилось к тёмной магии.

Го Чанчэн чихнул. Чу Шучжи покосился на него и медленно произнёс:

— Сначала тебе стоит позаботиться об этом ребёнке.

Чанчэн вскочил на ноги. Даже не обернувшись, Юньлань отрывисто велел:

— Малыш Го, сядь на место. Да Цин, попроси на кухне, чтобы ему приготовили отвар из корня вайды [5]. А ты, — он смерил Чу Шучжи взглядом, — говори, что задумал. Собираешься вооружиться этим вонючим свистком и уйти под землю править нежитью? Вечно прятаться в тенях от стражей ада, не в силах сбросить оковы?

Чу Шучжи сощурился:

— Триста лет назад я не знал, что творю.

Я нарушил закон и повстречался с последствиями моего преступления, но за все эти триста лет я не совершил ничего плохого. Чего ещё от меня хотят эти твои стражи ада? Кто я для них, подстилка, об которую можно вытирать ноги?

— Продление срока действия оков добродетели — обычное дело. Почему бы тебе не смириться с этим, как делают все остальные?

— Я.

Не такой. Как остальные, — прорычал Чу Шучжи. — Позволь напомнить тебе, Чжао Юньлань: я добровольно принял оковы добродетели. Я сдался им, но это не значит, что я был неправ.

— Тебе хватает наглости сомневаться в вынесенном тебе приговоре? — резко выдохнул Чжао Юньлань.

— Да, и что такого? — рявкнул Чу Шучжи, ударив ладонями по столу. — Я ни о чём не жалею. Будь моя воля, я бы ещё раз ободрал этого мелкого мерзавца живьём. И плевать на следующие триста лет заключения! С какой стати закон не равен для взрослых и детей? Для меня люди делятся на две категории: те, кого я могу убить, и те, кто слишком силён… В конце концов, шеф Чжао, я не виноват: это они зарвались в своих желаниях.

Если трёхсот лет наказания недостаточно, значит, мне никогда не искупить вину… А потому для меня теперь все дороги открыты. Один пацан или десяток, кому какое дело? Мой костяной свисток развеет их души и обратит в милых маленьких призраков.

Чжао Юньлань с силой ударил его по лицу. Резко, чётко и твёрдо. Голова Чу Шучжи мотнулась к плечу.

Го Чанчэн от ужаса свалился со стула.

Юньлань и Чу Шучжи встретились взглядами; тихо зашипел Да Цин.

Казалось, они сейчас сцепятся, но в тот же миг в окно влетело облачко серой пыли, закружилось вокруг Юньланя и обратилось письмом.

Внутри была срочная записка от Шэнь Вэя.

[2] Хуан-ди, или Жёлтый император (кит. упр. ??, пиньинь huangdi), — легендарный правитель Китая и мифический персонаж, который считается также основателем даосизма и первопредком всех китайцев.

[3] Чжуань-сюй (кит.