Усмиритель душ (СИ)

Голова болела так сильно, будто в неё от души ввинчивали сверло. Судя по всему, поспать ему удалось совсем недолго, и теперь Юньлань чувствовал себя совсем разбитым.

Он не знал, сколько часов проспал. Ему снилось что-то бессвязное, начиная от ослеплённых драконов и заканчивая горой Бучжоу — одно и то же снова и снова.

Слепо нашарив на тумбочке телефон, Юньлань ответил на звонок, не открывая глаз. Однако стоило ему сообразить, кто звонит, как он тут же взял себя в руки. После долгого обмена любезностями Чжао Юньлань постарался выделить сильные стороны Го Чанчэна и при этом не наврать лишнего, чтобы незаметно подбодрить его дядю.

Умаслив друг друга как следует, они договорились о встрече.

Чжао Юньлань положил трубку и, зарывшись лицом в подушку, простонал:

— Как же болит голова.

Шэнь Вэй тут же бросил все свои дела и поспешил к нему. Обнял и приложил ладонь ко лбу.

— Горячий. Отчего у тебя вдруг температура?

Чжао Юньлань опустил слабую голову ему на плечо и прошипел сквозь зубы:

— А ты как думаешь? Принеси мне таблетку обезбола и жаропонижающее, шарлатан.

Шэнь Вэй выполнил его просьбу с очень виноватым видом.

Чжао Юньлань залпом проглотил обе таблетки и закатал рукава пижамы, в которую Шэнь Вэй каким-то образом умудрился его одеть. И внезапно набросился на Шэнь Вэя, завалив его на кровать. С торжествующим видом победителя Юньлань медовым голосом протянул:

— Господин, хорошо ли этот слуга удовлетворил вас прошлой ночью?

Шэнь Вэй придержал его за талию и принялся ловко застёгивать пуговицы пижамы.

— Не поднимай одеяло: выпустишь всё тепло и простудишься.

— Не твоя забота.

— Юньлань одной рукой надавил ему на плечо, а другой схватил за воротник и угрожающе добавил: — А раз вы удовлетворены, возможно, этому слуге полагаются чаевые?

Шэнь Вэй позволил ему себя удержать и всмотрелся в лицо Юньланя. Его действия были явным приглашением взять своё, и Юньлань, осмелевший от гнева, принялся стаскивать с Шэнь Вэя одежду.

— Если сегодня же я не возьму тебя, то завтра возьму твою фамилию… ох, блядь!

— Что такое? — Шэнь Вэй бережно его приобнял.

— Ой… ой-ой-ой, ногу судорогой свело.

Шэнь Вэй лишился дара речи.

У Чжао Юньланя, видимо, по жизни был недостаток кальция, и к тому же вчерашняя ночь его здорово вымотала. Судорога стала сильнее, перекинулась с бёдер на икры, а потом и на стопу. Шэнь Вэй принялся с силой разминать сведённые мышцы, от чего Юньлань, едва сдерживая крик, матерился сквозь зубы.

Боль была настолько сильной, что Юньланю пришлось закусить уголок одеяла и терпеть, пока судорога не стихла. Его пижама задралась, и Шэнь Вэй заметил наливающиеся фиолетовым синяки.