В отсутствие начальства

И статский советник попросил сводить его в военное собрание. Дом, в котором оно находилось, казался питерцу самым красивым в городе. Его выстроил вблизи Дворянского собрания и украсил плитками владелец кафельного завода Будников. Снаружи здание больше походило на этнографический музей, чем на приют слуг Марса. Алексей Николаевич не мог сам попасть внутрь, для этого требовалась рекомендация хозяев.

Сферин охотно согласился показать штафирке живописные хоромы. Втроем они пообедали в буфете и обсудили дальнейшие совместные действия. В частности, Продан сказал:

– Мы должны быть благодарны Алексею Николаевичу. Дознавая рядовое убийство, он выложил нам на блюдечке всю здешнюю резидентуру. Девятнадцать заявок – это девятнадцать агентов. Твою находку следует немедленно засекретить. Теперь это дело ведем мы, военные.

– Убийство нам, а шпионов вам? – уточнил сыщик.

– Все по уставу! Кто знает о банковских заявках?

– Чины сыскного отделения, включая городовых. Полицмейстер Гепнер с помощником Ругой. Управляющий банками Беланович, губернатор Кобеко. Возможно, и вице-губернатор Фере.

Продан покосился на капитана и приказал:

– Обязать всех подпиской о неразглашении.

– Даже губернатора? – смутился тот.

Два офицера и штатский отобедали и перешли к кофе с ликерами. Алексей Николаевич спросил, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Какими будут наши дальнейшие действия?

– Наши? – насмешливо переспросил подполковник. – Мы с Аристархом Павловичем займемся искоренением агентурной сети. Если даже нынешние агенты разбежались вслед за резидентом, должна остаться запасная сеть. Так полагается и у них, и у нас. А ты лови тринадцативершкового убивца. Зарако-Зараковского вряд ли отыщешь; думаю, он уже подъезжает к Вене.

– Справитесь? Вас всего двое. Могу подбросить своих надзирателей. Полицмейстер Гепнер мне не откажет… после совершенных подвигов.

Продан только вздохнул:

– Э-эх… Смоленским делом занимается КРО штаба Московского военного округа. Отделение обслуживает плюсом к Москве еще и Казанский округ, всего двадцать три губернии и две области. А также двенадцать уездов из состава соседних губерний. В штате – восемнадцать человек. Как хочешь, так и крутись. А знаешь, Алексей Николаевич, сколько всего в России контрразведчиков?

– Нет, это секретные сведения. Догадываюсь, что мало.

– Мало не то слово. На всю империю – сорок два офицера и сто двадцать четыре наблюдательных агента. И денег дают с гулькину шишку. На содержание конюшен и манежа Николаевской академии Военное министерство тратит ежегодно пятьсот шестьдесят тысяч рублей. А на контрразведку, всю-всю контрразведку, – пятьсот восемьдесят. Как тебе? И ничего нельзя поделать. Так что от помощи полиции не откажемся.