В плену у сказки (СИ)

От холодного ветра ее руки покрылись гусиной кожей, и я поспешно накрыла Ариель своим плащом. Она благодарно улыбнулась, искренне, как никогда не улыбалась Золушка. Но я не заслуживала этой улыбки, потому что собиралась забрать у нее любимого и отдать другой.

— Жень, — вздохнула я, — прости меня.

Она вопросительно нахмурила брови. Ветер развевал ее длинные рыжие волосы, а в ее глазах мелькал потусторонний свет, принесенный с морских глубин. Может, Ариэль и должна была быть главной героиней. А я, отказавшись от роли злодейки в истории Золушки, стала монстром в истории Русалочки.

Впрочем, я готова была превратиться хоть в самое жуткое и коварное существо, если это вернуло бы мне дом.

Ариэль шла за мной по пятам, как пугливая лисичка, постоянно оглядываясь и робея перед внушительным замком, напоминающим древнюю скалу, о которую разбивались волны. Стражники пропустили нас, оставшись безмолвными, как и пустые коридоры, которые вывели нас к покоям Эрика.

Дверь была приоткрыта, и через через щель на пол падала полоска света. Я замерла, глядя на нее. Она показалась чертой, и перейдя ее, я уже не смогу вернуться, не приняв решение, которое все изменит.

В помещение раздавались тихие голоса. Ариэль потянула меня за подол платья, привлекая внимание. Я глубоко вздохнула и толкнула дверь.

Эрик и Элла сидели за столом на широких креслах, друг напротив друга. Почти влюбленные, почти жених и невеста, почти завершенная история.

Эрик поднял на меня взгляд, удивился, затем взглянул за мою спину и подскочил, изменившись в лице. Я сжала ракушку, тайно желая, чтобы она хрустнула, рассыпалась и исчезла. Ариэль крепче вцепилась в мое платье, но ее большие глаза сияли радостью. Глупая-глупая русалка. Даже у Женьки никогда не было такого наивного вида.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Элла, отставив чашку и сложив ладони на коленях.

— Я встретила девушку на берегу, она попросила меня о встрече с принцем. Я не могла отказать.

— Мы с вами знакомы? — Эрик скорее утверждал, а не спрашивал.

Ариэль сначала кивнула, затем растерянно замотала головой. Открыла рот, но не издала ни единого звука и перевела молящий взгляд на меня. Будто бы верила, что я на ее стороне.

— Она не может говорить. Нема как рыба.

— О. — Эрик, не скрывая разочарования, пробормотал, — должно быть, я вас спутал с другим человеком.

— С кем? Ты ждал кого-то? — насторожилась Элла и метнула в меня острый, полный подозрения взгляд. — И как она могла тебя попросить о чем-то, если не может говорить?

— Я встретила ее у воды, мокрую и беспомощную. Должно быть, девушка — жертва кораблекрушения, и ей нужна помощь. Не возражаешь, если она останется у нас?

— Конечно, не возражаю. Я немедленно прикажу слугам подготовить для девушки покои и приглашу лекаря.