В тайге ночи тёмные

— А мне кажется вовремя и очень даже к месту, — зарылся носом в волосы. — Вернее, не кажется, я уверен.

— Скажи, почему ты вдруг изменил своим убеждениям? Почему захотел семью? В чем подвох?

— Никаких подвохов, Лиз. Просто я тебя люблю и Пашку люблю, — прижал к себе и его. — Тем более контроль качества я прошел, меня наконец-то назвали папой.

— Ты точно всего этого хочешь? — подняла на него взгляд. — Ведь жизнь изменится до неузнаваемости. С младенцем будет куда сложнее.

- Я достаточно пожил для себя, поверь. И мне до безумия хочется пройти все этапы, хочется, чтобы мой ребенок видел меня с самого первого дня, знал меня, а не постепенно привыкал.

— В таком случае поздравляю, — грустно улыбнулась, — ты скоро станешь отцом еще раз. В принципе, ты для этого всё сделал.

Сегодня же он сделает ей предложение! Тянуть дальше нельзя. Во-первых, Пашка должен носить его фамилию, во-вторых, Лиза должна чувствовать себя в безопасности, в-третьих, в строю предвидится пополнение.

Весь вечер Соколов думал, какие слова подобрать и какой момент выбрать. Может, когда Паша ляжет спать? Или когда они все будут сидеть за столом и ужинать? Или прямо сейчас подойти к ней, надеть на палец кольцо и сказать, что отказа не примет. Идеальный вариант! Но все-таки грубоватый. Хотя, отказ он действительно не примет. Лиза станет его женой, тут без вариантов.

А Лиза все никак не могла понять своих ощущений. То ли она счастлива, то ли наоборот, раздавлена. Второй ребенок! Если у нее с Женей ничего не выйдет, она ведь не потянет двоих детей. И никакая удаленная бухгалтерия ее не спасет, отец тоже становится все слабее с каждым годом, да он и не обязан тащить на себе неудачницу дочь, которая по дурости и безмозглости умудрилась снова забеременеть от человека, который уже предавал. Тогда легонько треснула себя по лбу. Пора заканчивать думать о плохом. Женя изменился! Не во всем, но изменился! Он никогда не стеснялся говорить то, что думает. И если не хотел семью или детей, то так и говорил. Сейчас всё иначе. И он очень старается.

За мыслями успела и ужин приготовить, и подать на стол, когда же пошла звать своих мужчин, удивилась воцарившейся в доме тишине. На первом этаже никого не оказалась, пришлось подниматься на второй. Отыскала обоих в спальне. Они о чем-то тихо-тихо разговаривали, Пашка то и дело хихикал, зато Евгений был серьезен и сосредоточен.

— Вы чего тут затаились? — встала посреди комнаты.

— Тебя ждали, — Соколов тут же подошел к Лизе, после чего опустился на одно колено, а Паша встал рядом с отцом. — Твой выход, — шепнул сыну.

— Мама, — выпрямился, точно солдатик, — папа плосит тебя, — и задумался, — ну-у-у-у, стать его зеной.