В тайге ночи тёмные

— Привет, — потряс ту в ответ, — а это твоя мама, да? — глянул на Лизу.

— Ладно, познакомились и славно, — Евгений подхватил брата под руку, — а сейчас нам надо поговорить. Идем в кабинет, — кивнул в сторону коридора.

— Может, вам чаю? — вконец растерялась Лиза.

— Я бы с удовольствием, — высвободил руку Кирилл. — Два с половиной часа тащился по пробкам.

Соколов же едва зубами не заскрипел.

— Хорошо. Ой, Жень, а где кабинет? Я бы принесла.

— Мы в кухне попьем, как поговорим, — бросил на Кирилла испепеляющий взгляд.

Когда дверь за ними закрылась, Евгений уже собрался обрушить на братца весь мыслимый и немыслимый гнев, но тот опередил вопросом:

— Я правильно понял, пацанёнок твой сын? — былое довольство моментально сошло с его лица.

— Охереть, — так и плюхнулся в кресло, закинул ногу на ногу, явив взору полосатый красно-зеленый носок. — Как? Когда?

— Давно. Но тебя это волновать вообще не должно.

— То есть, это из-за них ты так долго сидел в Кемерово? А Лиза девушка красивая, прямо видно, сибирячка. Когда же вы с ней успели… — и поиграл бровями.

— Я же сказал, тебя это не касается.

— Что значит, не касается? Вообще-то, я только что узнал, что у меня есть племянник. Выходит… — вдруг задумался, — слушай, а Ксения в курсе?

— Нет, — сложил руки за спиной, чтобы не показывать, с какой силой сжил кулаки.

— Вот ты даешь. А говорил, ни жены, ни детей ему не надо. И лучше бухать начнешь, чем повесишь себе на шею бабу.

— Короче, давай так. С Ксенией я разберусь сам, ты никуда не лезешь, нигде языком не метешь. Понял?

— Понял, понял. Я, между прочим, еще ни разу и нигде тебя не подставил. Думаешь, мне хотелось столько раз мотаться в Кемерово? Но я мотался, выполнял твои просьбы, хотя какие это просьбы, приказы. Только ты вспоминай все-таки время от времени, что я не курьер, я твой брат. А в семье помогать друг другу считается нормальным, ну и «спасибо» говорить за помощь тоже.

— Спасибо, — процедил. — Могу премию отписать.

— Было бы неплохо, вообще-то. Как раз хочу тачку сменить.

— Благодарность получишь на счет.

— Ок. Что до Ксении, тут не волнуйся, я в твои дела лезть не собираюсь. Разруливай с ней сам, — и сейчас по-настоящему обрадовался. Девушка Лиза с ребенком появились как никогда кстати, ведь теперь Ксюша лишняя, а раз лишняя, значит, свободная.

— Спасибо, — и отвернулся к окну. На самом деле, поговорить бы с кем-нибудь хотелось, выложить всю правду-матку, послушать совета. Но единственного человека, которому он мог все рассказать без утайки, уже нет в живых. Отец его всегда понимал, поддерживал, ругал, когда надо. С матерью такой близости не было, вернее, к ней за мудростью и жалостью бегал Кирилл, тогда как он — к отцу. А уж Кирику и подавно ничего нельзя рассказывать.