Ведьмины тропы

Притворился счастливчиком, коего сам царь обещал почтить подарком на свадьбу.

Да игра поперек горла встала.

На самом деле был он за много верст от маетной столицы – там, в солекамских хоромах, с Аксиньей, со своими дочками. И дело не в нежностях да бабских слезах… Просто рядом с ведьмой и хлеб был вкуснее, и ложе мягче, и сон крепче. Отчего? Не ведал. Умела найти ответы на маетные вопросы. Столько лет жил без нее и был доволен всем, а с появлением Аксиньи жизнь наполнилась. Точно чаша – раньше вино краснело на донышке, а теперь лилось через край.

Перпетуя… Дитя. Что с нее взять? Глазками хлопает, косы девичьи, речи глупые.

Не наполнить ей чашу Степанову и на треть вершка.

Нельзя уехать, нельзя супротив воли отца идти, хоть и зрелый муж, и серебро в усах скоро мелькнет. Степан свой путь знает, может, поболе отца – отмерена жизни большая часть.

Не переломить через ногу, не направить реку в другую сторону. Дурень, ох дурень… Наворотил та- кого!

Зачем согласился? Лучше черствый кусок хлеба, чем пышный пирог, он с такими обетами поперек горла встанет.

В разгар святочной недели явились гости.

Размещали людей и коней, раскладывали сундуки с добром, кормили, мыли, развлекали, Аксинья отвлеклась от тягостных дум за хлопотами и оживленными беседами.

– Дай обниму, сестрица. Гляди, какой подарок!

Нютка смеялась, с радостью прижимала к себе братца, благодарила за роскошный дар – черненые серьги с самоцветами. Аксинье и Феодорушке тоже привезены были подарки, и родич не угомонился, пока не высказал целый ворох добрых слов и пожеланий.

Иногда хотелось ущипнуть себя за руку. Ужели в хоромах Строганова гостит ее племянник, сын нелюбимой сестрицы, что вернулся в ее жизнь два года назад? Голуба и Хмур тогда помогли стругу, который сел на мель посреди Сухоны: забрали добро и людей, прислали опытных корабельщиков, чтобы залатали дыры.

И привезли с собой в Соль Камскую молодого мужика. Тот зашиб ногу во время спасения своего суденышка и нуждался в помощи. При встрече и всплыло: он родич Аксинье.

Раз в год посреди зимы Митя, сын сестрицы Василисы, появлялся в городе – закупал товар у местных солепромышленников. Как он рассказывал, дело отцово развернулось, солониной и рыбой торговали по всему северу да продавали товар аглицким купцам.

Митя гостевал в хоромах Строганова – с подарками, объятиями и веселыми байками.

– Сидим мы в струге вечерком, к берегу пристали, на звезды глядим. – Митя сел возле печки, обхватил ногами лавку, а рядом устроилась детвора. – И слышим песню сладкую: «Ой да стосковалась я по красну молодцу». Хорошо поет, звонко. Рядом совсем, руку протяни – достанешь.

– А кто там? – хмурила брови Феодорушка.

– Фараонка пела. Они красивые и с рыбьими хвостами, – хихикнула Нюта.