Весь Роберт Шекли в одном томе

Мишкин ел и ел и был чрезвычайно доволен собой. Потом, накушавшись, он подошел к диванчику и улегся отдохнуть. Мягкая невещественность диванчика быстро убаюкала его.

Ризничий повернулся к роботу и сообщил:

— А вот теперь с этим энтузиастом действительно начнет происходить всякое дерьмо.

— Почему? — спросил робот.

— Потому что, достигнув воображаемого насыщения, этот молодой человек погрузился в воображаемый сон.

— А это плохо? — поинтересовался робот.

— Это сбивает с толку и приводит в замешательство.

— Возможно, я должен разбудить его, — задумчиво сказал робот.

— Конечно, должны. Но почему бы нам для начала не врубить телик и не настроиться на его сны?

— А что, это возможно?

— Будьте уверены, — сказал ризничий. Он прошел в другой конец комнаты и включил телевизор.

— Его здесь раньше не было! — возмутился робот.

— Одним из достоинств воображаемого замка является то, — сообщил ризничий, — что вы можете получить все, что захотите, когда угодно и безо всяких скучных объяснений, которые всегда несколько разочаровывают.

— А почему вы не настроите экран?

— Он настроен, — сказал ризничий.

На экране появилась надпись:

«Роберт Шекли Энтерпрайзес» представляет:

«ВООБРАЖАЕМЫЙ СОН МИШКИНА», бахвальство в жанре новой меннипеи.

Произведено в студии «Энергичная жестянка», Ибица.

— Что все это значит? — поинтересовался робот.

— Просто обычная чушь, — сказал ризничий. — Отсюда начинается сон.

Мишкин прогуливался и размышлял о природе реальности, когда его окликнул чей-то голос.

Мишкин непроизвольно вздрогнул и оглянулся, но никого не увидел. Он находился на плоской равнине, и в радиусе пяти миль не было ни одного предмета выше одного фута, за которым можно было бы спрятаться.

— Как поживаете? — невозмутимо отозвался Мишкин.

— Если принять во внимание все обстоятельства — недурно. Мы где-то встречались?

— Да нет, вряд ли, — ответил голос. — Но зарекаться в таких случаях не стоит, правда?

— Не стоит, — согласился Мишкин. — А что вы тут делаете?

— Приятное местечко.

— Совершенно верно, — сказал голос. — Но зимой здесь жутко холодно и сыро.

— Ага. А вы, должно быть, турист?

— Более-менее, — ответил Мишкин. — Я здесь впервые.

— Ну и как, нравится?

— Да, очень мило. Я пока что мало успел увидеть, но то, что увидел, мне понравилось.

— А мне тут все кажется обыденным, — сказал голос. — Наверное, это потому, что я здесь живу.

— Вполне возможно, — согласился Мишкин. — Я чувствую себя дома точно так же.

— Кстати, а где расположен ваш дом?

— На Земле, — сказал Мишкин.

— Большая красная планета?

— Нет, маленькая и зеленая.

— Кажется, я что-то о ней слыхал. Йеллоустоунский национальный парк — это там?

— Да, есть у нас такое место.