Весь Роберт Шекли в одном томе

— Далеко же от дома вы забрались.

— Пожалуй, действительно далековато, — согласился Мишкин. — Но это потому, что я люблю путешествовать.

— Вы прибыли сюда на космическом корабле?

— Могу поспорить, это было чертовски интересно.

Голос умолк. Мишкин не знал, как бы повежливее выяснить, почему он не видит своего собеседника. Он понимал, что ему следовало поднять этот вопрос раньше. Если он заговорит об этом теперь, то поставит себя в дурацкое положение.

— Ну ладно, — сказал голос. — Я, пожалуй, пойду.

— Рад был с вами побеседовать, — вежливо откликнулся Мишкин.

— И я тоже рад.

Кстати, вы заметили, что я невидим?

— Честно говоря, да. А вы, полагаю, меня видите?

— Вижу. Мы, невидимки, прекрасно видим вещи вроде вас. Конечно, кроме тех несчастных, которые слепы.

— А друг друга вы видите?

— Конечно же, нет. Если бы мы видели друг друга, то на самом деле мы бы не были невидимками.

— Я об этом не подумал, — признал Мишкин. — Должно быть, это причиняет вам неудобство?

— Вот именно, — сказал невидимка. — Мы ходим по улицам и не замечаем друг друга. Это очень тяжело отражается на чувствах людей, хотя они и знают, что ничего нельзя поделать.

И кроме того, невидимкам очень трудно влюбиться. Вот, например, если субботним вечером я встречу на дискотеке обаятельную молодую леди, как мне узнать, красотка она или уродина? Спрашивать я терпеть не могу. Я, конечно, знаю, что это все мелочи, но ведь хочется узнать, правда?

— Да, на Земле с этим проще, — заметил Мишкин. — Но мне всегда казалось, что положение невидимки имеет множество преимуществ.

— О да, конечно! Раньше мы получали массу удовольствия, когда подкрадывались к кому-нибудь видимому и кричали ему на ухо: «Ого-го!» Но теперь все окрестные жители знают о нас и больше не пугаются, а просто посылают нас в задницу.

— А скажите, наверное, невидимость очень полезна, когда идешь на охоту?

— На самом деле, не очень. У нас, у невидимок, очень тяжелая походка, и потому мы производим много шума, кроме тех моментов, когда стоим совершенно неподвижно. Потому мы охотимся только на одну-единственную разновидность животных. Мы называем их глухарями, потому что они абсолютно глухи. Вот при охоте на них наша невидимость действительно является значительным преимуществом.

Но глухари довольно невкусные, даже если их запечь под соусом бешамель.

— Мне всегда казалось, что невидимые существа находятся в более выгодном положении, чем кто-либо другой.

— Все так думают, — сказал невидимка. — Но на самом деле невидимость — это всего лишь разновидность физического недостатка.

— Как печально! — вежливо сказал Мишкин.

Воцарилось неловкое молчание.

— А какие вы из себя? — спросил Мишкин.

— Трудно сказать, приятель. Невидимость — штука такая, вы же понимаете.