Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Сколько лет живу, таких глазок не видал, чистое же золото!

– Благодарю достойного Юхана, – откликнулась обладательница удивительных глаз, укрепляя и без того немалые подозрения, – теперь у… меня будет платье, расшитое осенью.

– В Сакаци, – подхватила Селина, – а Мелхен оттуда приехала, очень любят рябину, вот я и решила ее вышить. Той самой канителью, что вы нашли. Если хотите, мы вам покажем, только не сегодня. Понимаете, у Мелхен вечером важное дело, и ей надо подготовиться, а при посторонних это не слишком удобно. Я-то вас знаю, в ратуше вы очень хорошо управлялись с бесноватыми, и при вас можно не притворяться, но Мелхен к вам еще не привыкла…

– Да будет вам извиняться! – К этой Мелхен к самой привыкать и привыкать, хотя глазки – прелесть, а губки не хуже! – Я как приехал, так и уехал, а дело толком не сделать – лишнюю дырку в Закат провертеть.

Вам на ответ пары дней хватит?

Оказалось, нет, поскольку Мелхен ни много ни мало взялась приготовить для гаунасского короля какие-то особенные гусиные ноги в горчице с медом.

– Только, господин Клюгкатер, – попросила Селина, – не подумайте, что это потому, что дриксов в Талиге иногда называют гусями, так просто совпало.

Зимой в Аконе найти хороших гусей легче, чем кур, а уток у нас откармливают неправильно. Если вам не будет обидно, мы вас угостим тем же, что и его величество. Или, может быть, вы больше любите рыбу?

– Ну… – призадумался шкипер, – я всё люблю, лишь бы приготовлено вкусно было, а что до ног этих печеных, так с чего обижаться-то? Я же себя гусаком не считаю. Так когда зайти-то?

Селина не знала, но обещала спросить, вот и славно! Навязываться «монсеньорам» Добряк не желал, но фрошеры, будь они с Бруно распросоюзниками, всяко не преминут расспросить доннервальдского гостя, и тут лучше не зевать.

Патент на торговлю кэналлийским Юхан хранил как зеницу ока и зарываться не собирался, но мало ли… Тот же Ворон оказанных услуг не забывает, да и глянуть на талигойского регента вживую не помешает. В то, что его прижмут за ардорское вранье, Клюгкатер не верил – и некому, и незачем, но в разговорах и не такое всплывает, а свои денежки за байки об Алве при Хексберг шкипер зарабатывал честно. Кто-то может и вспомнить…

– Господин Клюгкатер, – окликнула Селина, – теперь надо залезть на старый бастион, оттуда будет хорошо видно, но сперва надо договориться с «фульгатами», они тут на всякий случай. Не волнуйтесь, нас они знают.

– Да я, барышня, и не волнуюсь, – заверил Добряк, разглядывая молодцов в парадных куртках. Гостевание в Аконе становилось все веселее, оставалось превратить это веселье в прибыль.